— Какая красивая. Сколько она стоит? — спросила Элисон у старика по-испански.
— Четырнадцать долларов, — отвечал он.
Элисон еще раз внимательно, критическим взглядом оглядела корзину.
— Выбираем сувенир? — поддразнил ее Зекери. Вообще-то ему нравилось, что она вела себя нормально — как обычная туристка. Это был добрый знак.
— Да, это станет сувениром, когда я вернусь в Чикаго, — засмеялась Элисон. — А пока это будет плетеной колыбелью. Как ты считаешь?
— Я считаю, это великолепная мысль! Очко в твою пользу, — и Зекери взял маленькую, изящно сотканную шаль розового цвета. — Как ты думаешь, это понравится восьмилетней девчонке?
— И даже очень, — Элисон выбрала еще одну, бледно-голубую шаль и набросила ее поверх корзины.
Поторговавшись с плетенщиком корзин и его женой, они вернулись к машине нагруженные покупками. Через несколько минут Зекери изумил Элисон тем, что снял в местном отеле самый большой номер.
Она поставила корзину со спящим Адамом на кровать и осмотрела неряшливую комнату со смешанным чувством благодарности за возможность отдохнуть и озабоченности. Уединиться здесь было просто некуда: только тонкая матерчатая занавеска отделяла ванную комнату от спальни со старой двуспальной кроватью, матрас которой был сильно продавлен и не отличался чистотой.
— Мы помоемся здесь, позавтракаем и потом отправимся в Белиз. Хочешь, бросим жребий, кто первый примет ванну?
И продолжая поддразнивать Элисон, Зекери наклонился и поцеловал ее. Ощутив его прикосновение, Элисон моментально застыла. И Зекери понял, что поцелуй был ошибкой с его стороны. Господи, Кросс, говорил он сам себе, дай ей время, держись пока подальше. Не будь навязчив, чтобы она не сделала ложных выводов. Он вошел за занавеску и увидел старомодную ванну на поцарапанных ножках.
— Да, мисс Чистота здесь, видно, и не ночевала, а ей следовало хотя бы заглянуть сюда. Портье, правда, клялся, что у них есть всегда горячая вода.
Зекери вернулся в комнату и протянул Элисон ключ от номера.
— Я должен раздобыть где-то бритву, а ребенку срочно необходимо детское питание и подгузники. И, может быть, мне удастся выручить несколько сот долларов за кой-какие наши вещи, которые днем с огнем не найдешь в такой дыре, как Сан-Руис, — он усмехнулся. — А ты займись тем, чем занимаются порядочные леди в ванных комнатах, пока я посмотрю, что продается в местном продуктовом магазине. Тебе хватит часа?
— Вполне, — она кивнула ему, чувствуя благодарность.
Элисон все еще испытывала смущение от того, что так нелепо прореагировала на его поцелуй. Она неспособна была ответить ему нежностью на нежность и опять внутренне зажалась, не зная, что делать. Поэтому ей было так необходимо остаться одной на некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Он, казалось, прочитал ее заветные желания. Больше всего на свете она хотела сейчас встать с этого продавленного матраса и помыться. И тогда все само собой придет в норму.
— Спасибо. За час я управлюсь.
— Запри дверь, — распорядился он, выходя в коридор.
Элисон слышала, что он ждет снаружи, пока она повернет ключ в замке. А потом его шаги постепенно затихли в глубине вестибюля. Отчаявшись разобраться, наконец, в самой себе и удержать свои мысли в узде, она взяла полотенце, развернула новый кусочек мыла, развела побольше пены и вымыла ванну и раковину от грязи, хорошенько сполоснув их. Потом она заткнула резиновыми пробками оба отверстия для слива. Элисон напустила горячей воды в обе емкости, разделась, завернулась в полотенце и бросил свое нижнее белье отмокать в раковину. Затем она прилегла на постель рядом с ребенком, чтобы расслабиться несколько минут. Слушая шум воды, бегущей в ванну, Элисон глубоко задумалась. Конечно, сказалось напряжение последних четырех дней, только этим можно объяснить ее реакцию. У нее не было абсолютно никаких оснований пугаться спальной комнаты и присутствия в ней Зекери Кросса.
Она замерла, услышав легкие шаги, приближающиеся по коридору, и затем стук в дверь.
— Кто там? — спросила Элисон напряженным голосом, негромко, чтобы не разбудить Адама.
За дверью раздался голос Зекери.
С бешено колотящимся сердцем, она встала с кровати и тихо ответила через дверь.
— Я не одета. Что случилось?
— Купил гигиенические принадлежности в маленьком магазинчике рядом с гостиницей.
Чувствуя, что ведет себя нелепо и абсурдно, Элисон собрала все свое мужество.
— Подожди секунду.
Она отворила дверь и выглянула в коридор. Зекери протянул ей три мочалки из махровой ткани и небольшой бумажный пакет.