— Я беру. И футляр на ваше усмотрение.
Домой летел, как на крыльях, временами едва сдерживая себя и заставляя убавлять скорость машины. Не хватало еще, чтобы он сейчас попал в аварию, и все для него закончилось, едва успев начаться. Вот обидно будет думать об этом на том свете.
Едва припарковав машину у крыльца, влетел в дом и торопливо направился к Алениной комнате. Дверь была закрыта, на его нетерпеливый стук никто не открыл. Он обежал весь дом, ее нигде не было. На кухне Нина Петровна и Света что-то мудрили над кастрюлями. Хором поздоровались с ним, улыбаясь, поздравили с Новым годом. Он ответил и торопливо пошел дальше. В холле Вероника пылесосила ковер вокруг огромной пушистой красавицы елки, сверкающей мишурой и шарами. Где же она? Видимо, Ирина Аркадьевна куда-то ее отправила с поручением.
Снял трубку внутреннего телефона.
— Ирина Аркадьевна, добрый день.
— С приездом, Вячеслав Вадимович! С Новым годом Вас, с новым счастьем.
— Спасибо, взаимно. А где Алена? Она мне срочно нужна.
На том конце провода явно смешались. Наконец, Ирина Аркадьевна сказала:
— Дело в том… Видите ли, мне необходимо вам кое-что объяснить.
— Я жду Вас в моем кабинете.
Он медленно поднялся на второй этаж в свой кабинет. Тяжелое предчувствие моментально сдуло с него приподнятое настроение, сдавило сердце. Что-то случилось. Что-то очень плохое. Он так и знал! Слишком все шло гладко в последнее время. Слишком все было хорошо. За счастье и везение всегда надо платить огромную плату.
Он сидел за столом и, сжав руки в кулаки, мысленно твердил одно и то же: только бы она была жива и здорова, только бы жива и здорова. Услышал, как вошла Ирина Аркадьевна, и боялся поднять глаза, прочесть на ее лице приговор своему счастью.
— Что произошло? — сам удивился невозмутимости своего голоса.
— Вячеслав Вадимович, дело в том, что Алена Гурьева больше не работает в нашем доме. Я рассчитала ее в первых числах наступившего года и, насколько я знаю, она уехала в свой Называевск. Во всяком случае, Сережа покупал ей билет и отвозил на вокзал.
— Как рассчитали?! Почему Вы ее уволили без согласования со мной?! В чем дело, Ирина Аркадьевна?! Разве Вы забыли, что окончательное решение в подобных вопросах всегда остается за мной? Разве не так? Что бы она не натворила, Вы должны были получить мое согласие на подобный шаг, хотя бы посоветоваться со мной по телефону! Я Вас не узнаю, Ирина Аркадьевна. Вы не забылись, голубушка?
— Извините меня, Вячеслав Вадимович, но я действительно приняла такое решение без согласования с вами, потому что Алена все равно не смогла бы больше работать здесь.
— ?..
— Дело в том, что она … беременна.
— Что?!!.. — потрясенно произнес он. — Как беременна?.. Вы уверенны?
— Я сама не сразу поверила. Такая скромная девушка, никуда из дома практически не отлучалась, насколько я знаю, ни с кем не встречалась. И, тем не менее… Я все-таки тоже женщина. У меня у самой две дочери и четверо внуков. Поэтому я сразу все поняла. Эта тошнота от запахов еды, бледность, сонливость, внезапные признаки дурноты — я сразу заподозрила неладное. Под видом медосмотра направила ее к Ефиму Дмитриевичу, ну ему нетрудно было узнать причину ее плохого самочувствия. И анализы подтвердили мое предположение. И потом — она сама призналась мне, когда я спросила ее об этом в лоб. Плакала, каялась, рыдала, но от кого и когда успела залететь, так и не сказала. Настоящая партизанка. Да и какая, в сущности, разница от кого она беременна. Важен сам факт. Как говориться, в тихом омуте… Я, конечно, предложила ей свою помощь, у меня близкая подруга — гинеколог. По-человечески, мне ее жаль, она хорошая девушка. Сирота, глупая еще совсем. Но она наотрез отказалась. Что я могла еще сделать для нее? Пусть едет в свой Называевск и живет, как хочет. Вот я ее и рассчитала быстренько, пока никто в доме не узнал об этом.
— Хорошо… Можете идти.
Дверь закрылась. Он несколько минут сидел за столом, обхватив голову руками. Открыл ящик стола, достал из папки свой рисунок с ее профилем, положил перед собой. Потом достал из внутреннего кармана маленький овальный футляр, открыл крышку и долго-долго смотрел на голубую сверкающую каплю.
Заключение
Он вышел из здания вокзала. Знакомый раздолбанный красный «москвич» чуть припорошенный снежком стоял на том же месте, что и в прошлый раз. Водитель дремал, отвалившись на спинку сиденья. Вячеслав Вадимович постучал по лобовому стеклу. Спящий приоткрыл один глаз, моментально распахнул оба, узнав бывшего клиента, встряхнулся, открыл заднюю дверцу. Не сказав ни слова, он рванул с места, едва Вячеслав Вадимович сел в него. Машина только жалобно дребезжала на ухабах. В этот раз он решил остановиться в другой гостинице. Не хотелось будоражить Лизавету. Еще решит, что он приехал к ней. Зачем зря обнадеживать женщину, бередить ей душу.