Пока Ванесса сокрушалась над неприличным текстом записок, из часовни показался высокий широкоплечий мужчина и низенькая худощавая девочка. Он возился с замком, крепко держа одной рукой кейс, пока ребёнок наблюдал за нами с неподдельным интересом.
Робкая улыбка, адресованная мне, заставила нахмуриться. Этот невинный жест отозвался странным волнением внутри.
Когда эти двое подошли ближе, я смогла как следует их рассмотреть. Мужчина по имени Крис оказался учителем музыки и отцом Александры, рыжеволосой двенадцатилетней девочки. Александра выглядело болезненно, возможно, именно по этой причине, она отсутствовала на занятии сегодня.
Её отец вел себя максимально дружелюбно, и это весьма настораживало. Его выпуклые глаза ощупывали каждый кусочек тела, а губы то и дело искажались в улыбке.
Скользкий тип.
—Вы учитель истории? — хрипло спрашивает Александра, склонив голу.
Я была новым лицом в школе, любопытство объяснимо. Однако взгляд Александры был слишком взрослым для её лет. Это наталкивало на пару тёмных предположений, жизнь девочки не сладкий мёд.
—Да, меня зовут Кассандра.
—С нетерпением жду вашего урока.
Мне резко захотелось покурить.
ℑ ℑ ℑ
Первый день подошёл к концу. Сделав несколько пометок в ноутбуке, я откидываюсь на спинку стула. Стрелка часов близилась к полуночи. Неплохо бы сделать обход ведь ночь их время.
Достав из сумки несколько флакончиков с маслами и закрученный кнут, выхожу из комнаты. Обследование первого этажа ничего не дало. Уже поднимаясь на второй, замечаю шевеление под ногой — сороконожка.
Она скользила от одной ступени к другой, быстро перебирая лапками. Возможно, я и не стала бы заострять на этом внимание, но подняв фонарь немного вверх, замечаю ещё одно ползущее насекомое. И ещё одно. И ещё. Пол буквально усеян ядовитыми существами. Словно по зову они стремились наверх и скрывались за поворотом.
Стоит поспешить. Многоногая семья привела меня к неприметной двери, коих здесь было с десяток. Слабый свет от свеч лился сквозь щель. Холодное липкое чувство окутывало с ног до головы. Низкое бормотание отдавалось дрожью в ногах. За закрытой дверью что-то происходило. Что-то плохое и смутно знакомое.
Я потянулась к тонкой железке, чтобы вскрыть замок, но громкий визг с первого этажа не позволили доделать начатое.
Чёрт.
Ориентируясь на слух, я стремительно забегаю в комнату. Учительница отчаянно пыталась отнять деревянный гребень у ученицы. Полненькая девочка, заливисто хохоча, выкручивала руки Ванессы, пытаясь выколоть гребнем свой глаз.
—Дай нам это сделать! Дай-дай! — девочка отпрыгнула от учительницы и стала бить себя по голове. — Боль! Мы хотим почувствовать боль!
Бес с манией к самоубийству. Именно этого мне и не хватало.
Кровь отлила от лица мисс Адамсон. Она мелко дрожала, не зная, как вразумить подростка.
Подношу два пальца ко рту и громко свищу.
Девочка резко выворачивает голову на сто восемьдесят градусов.
Испуганный вскрик Ванессы вновь наполняет комнату. Не осуждаю. Не каждый день можно увидеть подобную картину. Учительница едва не плачет, но неплохо держится.
Янтарные глаза мажут по мне, а лицо подроста искажается в гримасе веселья.
—Мы слышали о тебе. Да-да, слышали, — довольно облизнувшись, она с вывернутой шеей, вприпрыжку направляется ко мне.
Этого я и ждала. Медленно, чтобы не спугнуть беса, касаюсь деревянной рукояти особого кнута, прикрепленного к бедру. Я уже упоминала, как люблю это оружие? Длинный плетёный ремень пропитан эфирными маслами, а на самом его конце прикреплён острый наконечник из серебра.
Резкий щелчок разрезает воздух. В одно мгновение ремень оплетает детскую шею. Бес тут же заходится в крике, пытаясь сорвать злосчастный для него предмет.
—Что вы делаете?! — шокированная Ванесса подскакивает к ревущей девочке. — Она же задохнется!