Осторожно выглянув из-за угла, он увидел девушку под колесами иномарки и орущего водителя, который выскакивает из машины. Дальше Стас не выдержал и бросился бежать домой. Он же не хотел… Он не думал… Он не виноват…
Глава 3 Тяжелая правда
Противный писк ввинчивался в мою больную голову. Так хотелось прекратить эту пытку, но даже глаза открыть было сложно. Внезапно писк стал частым и прерывистым. Хлопнула дверь. Кто-то остановился рядом со мной.
- Так, кто тут у нас? Звягинцева Екатерина Андреевна, двадцать один год. Екатерина Андреевна, приходите в себя, - и мне под нос подсунули что-то очень вонючее.
Слабо замотав головой, я попыталась открыть глаза. Наконец, мне это удалось. Обвела помещение глазами. Желтоватые стены, высокие потолки с допотопными светильниками, какие-то приборы рядом… Похоже я в больнице. Рядом с койкой стоял пожилой врач в белом халате. Медсестра вводила лекарство через катетер.
- Ну-с, как мы себя чувствуем? - спросил доктор.
- Что со мной? Где я? - слабость была дикая, и говорить было очень тяжело.
- Вы попали под машину. Водитель вызвал скорую, и вас доставили к нам в отделение. Вашей сестре уже позвонили. Вы очень предусмотрительно составляете список контактов. Сейчас мы вас осмотрим. Водитель ждет в коридоре. Полицейский сейчас берет у него показания. Вот ваша сумка, потом проверите, все ли вещи на месте.
Я в больнице. Я помнила, что у меня из рук вырвали сумку, но видно ее нашли, раз врач знает, как меня зовут и смог позвонить Вике. Хорошо, что жива осталась. Замечательное завершение года…
Хотя через некоторое время я уже не была так рада, что осталась жива. После стандартных вопросов и процедур, выяснилось, что у меня перелом позвоночника, и я вряд ли когда-то встану на ноги.
Я лежала и бездумно смотрела в потолок. В голове было пусто, и мысли не хотели там задерживаться. Я инвалид. Мне двадцать один год, и до конца жизни я просижу в инвалидном кресле. Если найду на него денег. Я не смогу стать фельдшером. Не смогу дальше работать. На что я буду жить? Чем платить за квартиру? Отдельные мысли пролетали, их сменяли другие. Но если бы я задержалась на какой-то из них, то точно скатилась бы в истерику. Наверно, мне вкололи убойную дозу успокоительного, раз истерика до сих пор не наступила.
На следующий день ко мне зашел следователь. Я не хотела никого видеть, но меня и не спрашивали.
- Добрый день, Екатерина Андреевна. Следователь Ефимцев Олег Николаевич. Как вы себя чувствуете? - в голосе мужчины была достаточная доза равнодушия, ему не был интересен мой ответ, поэтому я ответила то, что от меня и ожидалось.
- Хорошо.
- Вы помните, что вчера произошло? - спросил Олег Николаевич, приготовившись записывать.
- Я шла по обочине. Сзади подбежал кто-то, вроде мужчина, вырвал у меня сумку из рук, и я упала на дорогу под колеса машины, - говорить мне все еще было тяжело, как и переживать это еще раз.
- Вы можете описать мужчину, который вас толкнул? - следователь выжидательно смотрел на меня. Под Новый год ему только очередного нераскрытого дела не хватало.
- Я даже не уверена, что это был именно мужчина. Все произошло так быстро, и он подбежал со спины. Я не смогу его описать…
- На вас совершил наезд гражданин Быков Петр Борисович, тридцати двух лет. По этому факту будет проведена проверка и возбуждено дело.
- Но это же я к нему под колеса упала..? Разве он виноват? - удивленно спросила я.
- Да, он совершил наезд, поэтому виноват он. Вы можете через суд потребовать выплаты денежных средств для вашего лечения и содержания. Из-за него вы стали инвалидом, - слова следователя больно ранили, но мое чувство справедливости восставало против такого поворота дела.
- Я не буду ничего писать. Если бы он меня сшиб на пешеходном переходе, когда я дорогу на зеленый переходила, тогда другое дело. А тут меня толкнули ему под колеса, его вины в этом нет.
- Дело ваше, - сказал Олег Николаевич. - Давайте оформим все документально.
Подписав все нужные бумаги, я устало откинулась на подушки. Следователь ушел, и медсестра вколола мне очередную дозу снотворного и обезболивающего.