В ванне я пролежала около часа. Перепробовала разные составы для мытья, нанесла маску на волосы и попробовала крем. Наконец, я почувствовала себя человеком! Чистым, вымытым и счастливым человеком! Только голодным...
Накинула на себя нижнее платье и вышла из ванной комнаты. И тут же с испуганным вскриком заскочила обратно от неожиданности. Посреди моей комнаты спиной ко мне стоял мужчина. Чуть успокоившись, я вспомнила, что Вилл должен был принести мне обед.
Черт, глупо получилось… Сама прошу прийти и сама же в ванной прячусь. Хоть меня и уверяли в надежности ошейников, но к рабам я все равно относилась настороженно. Ладно, я здесь главная! С этими мыслями я распахнула дверь и чуть не наступила на Вилла, который стоял на коленях под самой дверью.
Я еще не успела ничего сказать, как Вилл склонился до самого пола и начал тараторить:
- Госпожа, простите, госпожа! Я не хотел вас напугать! Я просто принес ваш обед, как вы и приказывали! Я стучал, но никто не ответил! Не наказывайте меня госпожа!
- Встань, Вилл! Я не буду тебя наказывать, но на будущее знай, что если я не отвечаю, то оставлять поднос надо на тумбе около дверей и уходить, - мне было непонятно, почему он так панически боится меня, но видеть его страх было неприятно.
Посмотрела, что он мне приготовил. Овощное рагу выглядело аппетитно, горячая отбивная тоже радовала. Ура! Горячая еда!
- Спасибо, Вилл, можешь идти, - постаралась поскорее спровадить его.
Вилл как-то странно на меня посмотрел и поспешно вышел. А я уселась за стол и впервые за несколько дней нормально поела горячую еду. Первая полноценная еда за все пребывание в этом мире! Минут через двадцать я отвалилась от стола налопавшимся колобком.
Наверно, Вилл решил, что сытая хозяйка — добрая хозяйка, поэтому положил мне такую большую порцию! В принципе, он прав. Я привела себя в порядок, наелась и хотя очень хотелось забраться в кровать и спрятаться ото всех проблем, нужно было думать, как жить дальше.
Каждому рабу надо было придумать занятие, а после того, как они помоются, еще и заняться их лечением. Многие были просто обессилены от голода и жажды под жарким летним солнцем, но были и рабы, которым необходима помощь целителя.
Если Вилл уже принес мне еду, значит и для рабов скорее всего уже все готово. И минут через двадцать можно ждать Стефана. Какие же должности пока придумать?
Глава 24 В бараке (от лица Стефана)
Я смотрел вслед новой хозяйке и пытался осознать перемены. Я теперь главный и отвечаю за всех рабов? То есть если хозяйка будет недовольна кем-то, то мне теперь получать наказание первым? Не было забот…
Я всегда старался как можно меньше попадаться на глаза хозяевам, так шкура целее будет. У прошлых хозяев я вступился за молодого раба, который не выполнил приказ хозяина. Ну, не смог долго смотреть, как мальчишка мучается от удушения и бросился в ноги к хозяевам.
В результате меня выпороли и сказали, что таким рабам место только среди отбросов. Вот и продали к бросовым рабам, чтобы урок был. С безнадежностью я ждал своего конца среди таких же несчастных.
Может леди, которая нас купила, не такая уж ужасная? Непонятно, зачем ей столько бросовых рабов, ведь без услуг целителя многие умрут. Но вроде она не любит смотреть на мучения других? Ведь остановила она работорговца, когда ошейник стал душить Рошила? Он был совсем плох, и, когда новая хозяйка приказала всем забираться в телеги, я стал незаметно помогать остальным. Как-то не хотелось проверять терпение новой госпожи.
Привезли нас в очень запущенное поместье. Работы здесь было очень много. Вдруг нас все-таки купили для работы, а не для игр аристократов на пару дней? Эх, мечты, мечты… Леди могла бы позволить себе элитных рабов — профессионалов, а не ходячие полутрупы…
Мы вылезли из телеги и ожидали свою хозяйку. Вскоре она появилась и назначила меня главным. И что теперь делать? Хотя странный вопрос — выполнять приказ хозяйки. В загоне мы провели несколько дней, поэтому по именам друг друга уже знали.
- Брайн, иди в барак и поищи там одежду для нас. Илл, поищи здесь сарай, там наверняка должны быть ведра, корыта, может еще найдешь что-то полезное, - сказал я рабам, которые чувствовали себя получше остальных.