Со вторым рабом все повторилось. Только у этого мужчины была большая рана на ноге.
С третьим было сложнее всего. Мой магический резерв стремительно кончался, все-таки не привыкла я лечить. Но парень был очень плох, и его лечение было необходимо закончить. Посылая импульс для истребления заразы, я почувствовала, что уплываю в глубокий обморок.
***
Стефан
Да, не такого я ожидал от разговора с госпожой. Теперь я отвечаю за всех рабов. И мое первое задание позвать Вилла в кабинет госпожи. Вилла-то я позвал, но он ни в какую не хотел верить, что нельзя вставать на колени и надо смотреть в глаза хозяйке. Он боялся, что я специально хочу его подставить, и хозяйка накажет его. Интересно, все элитные так боятся наказаний, или это Вилл особенный?
Наконец, отправил Вилла наверх, а сам пошел в барак. Рабы воспользовались передышкой и большинство из них спали. При нашей нестабильной жизни, надо отдыхать, когда выпадает возможность. Брай и Илл следили за состоянием больных.
Пришлось разбудить всех и начать сложный разговор. Когда озвучил основные правила (не вставать на колени и смотреть в глаза), мне сразу не поверили. Да и кто поверит? Ведь эти главные правила вдалбливались в рабов самыми жестокими наказаниями. А теперь можно получить наказание, если тело выполнит то, что на автомате делает уже много лет. По-моему большинство рабов решило, что наша хозяйка изощренная садистка.
Потом зачитал вслух список должностей. Как я и думал, несколько человек не умели читать и писать, значит на должность личного помощника, дворецкого и его помощника они уже могут не рассчитывать.
Идти в личные помощники к хозяйке тоже желающих не было. Любой раб знает главное правило — чем дальше от хозяев, тем жизнь проще, и спина целее. Быть постоянно рядом с хозяйкой, когда даже неизвестно, какие наказания она предпочитает? Дураков не было...
Пришлось назначать самому. Брайн хоть и поглядывал на меня исподлобья, но спорить не решился. Рил будет дворецким, а Мерк его помощником. Стэна можно сделать конюхом, он лошадей любит, но сейчас он лежит в горячке. Вир и Сэм отправятся на кухню помощниками, потому что умеют читать и писать. Вдруг по рецепту надо будет готовить или записать пожелания госпожи?
В саду захотели работать несколько человек. Отобрал из них троих, других распределил на стирку и уборку. Официантом мог бы стать Рошил, он довольно смазливый и проворный, но сейчас тоже валяется в горячке.
Я вообще не понимаю, почему в списке все семнадцать рабов. Да, хозяйка купила именно столько, но троим уже настолько плохо, что до утра они не дотянут. Парни протирают их мокрыми холодными тряпками, но это не особо помогает. Раны мы тоже промыли, но много ли от воды толку? Вот если бы их промыли сразу после наказания, может тогда и обошлось бы.
Зачем хозяйка приказала отселить больных подальше это понятно. Не хочет, чтобы другие заразились. Но почему она хотела сама сюда прийти? Леди в рабских бараках? Это даже не смешно. Леди не посещают такие места, они выше этого.
Может она хочет посмотреть на них и приказать добить, чтобы не мучились? С ее стороны это было бы милосердием… Иначе парням придется биться в горячке всю ночь, а возможно и завтра их мучения продолжатся. Да, смерть сейчас будет для них избавлением. Хоть уйдут без мучений.
Тем временем хозяйка уже зашла в барак. Спросила про больных и пошла к ним, оглядывая барак недовольным взглядом. Неужели считает, что это слишком роскошные условия для рабов? Конечно, условия здесь царские, крыша не протекает, у каждого есть кровать и даже шкаф имеется…
У вторых хозяев я вообще жил с другими рабами под навесом на улице. Никакого шкафа у нас естественно не было, ведь рабам не позволяется иметь личных вещей. Все имущество раба на нем. Будем надеяться, что хозяйка не передумает селить нас здесь и не выгонит на улицу.
Увидев рабов, хозяйка недовольно скривилась. Еще бы, зрелище больных избитых людей малоприятно. Поэтому мы не смогли сдержать изумленного вздоха, когда она села на кровать к рабу. Да этого просто быть не может! А когда она протянула руку, и целительская магия стала затягивать раны на спине парня, то я просто потерял дар речи. Оглянулся на парней — они смотрели на нее, как на Богиню. Да она и была Богиней для нас!