Вышла на чистое отмытое крыльцо. День только начинался, солнце поднималось над деревьями, но на улице было свежо.
Подъездная аллея была приведена в порядок. Прошлогодние листья и упавшие ветки с нее исчезли. И вообще сад стал преображаться. Клумбы выглядели голо, но там теперь не было сорняков, а цветы посадим. Засохших веток на кустах и деревьях больше не было. Только высокая трава портила вид. Интересно, а газонокосилки тут уже изобрели?
Спустилась в сад и медленно пошла по дорожкам, обдумывая ситуацию. Брайн шел сзади, стараясь не отвлекать меня, но быть в зоне видимости, если понадобится мне.
Если я проспала весь вчерашний день, то пропустила приезд швеи. Надо узнать, приезжала ли она вообще. А сапожник должен приехать сегодня. И связаться с ним я никак не могу, чтобы перенести встречу.
- Брайн, - парень быстро подбежал ко мне. Было видно, что стоять в полный рост при хозяйке ему было неудобно, но он сдерживал себя. - Вчера ко мне приезжала швея?
- Да, госпожа. Она приехала после обеда, но нам пришлось сказать ей, что вы очень устали и не сможете ее принять. Она обещала приехать сегодня.
- Это хорошо, спасибо, - я пошла по дорожке дальше, но теперь меня нагнал Стефан. Видно ему сообщили, что я очнулась.
- Доброе утро, госпожа, - склонил голову управляющий. В его глазах светилось немое обожание. - Как вы себя чувствуете?
- Спасибо, Стефан, хорошо. Что с парнями, которых я лечила?
- С ними все хорошо, госпожа. Они уже приступили к своим обязанностям и очень благодарят вас за спасение жизни. Никто раньше не делал такого для рабов…
- Расскажи мне, что вы успели сделать? Без дела не сидели, это видно, но хотелось бы узнать подробности, - слушать хвалебные оды было как-то непривычно.
- Основные силы мы направили на уборку дома, госпожа. Садовники занимались садом, а остальные приводили в порядок дом. Мы уже убрали первый и второй этаж. Остались только подвал и чердак, - с готовностью отчитался Стефан.
Точно, я же еще не была в подвале и на чердаке. Надо туда наведаться.
- В таком случае пойдемте в подвал, посмотрим, что там у нас, - одной мне спускаться в подвал было бы страшновато, но с двумя мужчинами уже не так боязно.
Я развернулась и пошла к дому, а мужчины пошли за мной, напряженно переглядываясь.
Стефан показал мне, где находится вход в подвал. Он оказался расположен под лестницей на второй этаж. Вниз вели ступеньки, а дальше была темнота. Оказалось, что тут магические светильники. Видно их заряд закончился. Я направила чуть-чуть магической энергии в первый светильник, и дальше они стали включаться по цепочке. Впереди нас ждал длинный коридор с дверьми по обе стороны. Жутковатое местечко.
Одна бы я сюда вряд ли бы решила спуститься, но нельзя показывать свою слабость перед людьми, которые тебе подчиняются.
Спустилась по ступенькам и открыла первую дверь. Там оказался склад посуды. Различные сервизы, кастрюли, сковороды, казаны, столовые приборы.
За следующей дверью стояли сундуки. Я уж понадеялась на сокровища Али-Бабы, представляя себе сундуки с золотом и серебром, но в одном сундуке оказались скатерти и салфетки, в другом портьеры, в еще одном лежали гобелены. В самом большом лежали разные ткани.
- Как же они еще не испортились за столько лет? - удивилась я вслух. Все выглядело новым, хоть сейчас используй.
- Госпожа, в крышку сундуков вложен артефакт длительного хранения, они долго не разряжаются, - ответил мне Стефан.
Теперь я заметила небольшой прозрачный кристалл в середине крышки. Это замечательно, хоть что-то покупать не надо. Мы отправились дальше. Следующая комната больше всего была похожа на камеру. Всю стену, выходящую в коридор заменяла решетка от пола до потолка. Таких камер было четыре, по две комнаты друг напротив друга.
- А это что? - в шоке спросила я. У меня под домом филиал тюрьмы что ли?
- Это камеры перевоспитания, госпожа, - Стефан старался говорить спокойно, но напряжение в голосе чувствовалось. - Сюда обычно помещают непокорных рабов, если они не реагируют на ошейник и стремятся к смерти. Хозяин может продержать раба в такой камере без еды и воды сколько захочет. Это долгая и мучительная смерть. Многие ломаются и выходят отсюда уже другими людьми.