МОЕМУ дому!
Сжав кулаки, принялся за привычный танец: шаг-кадр…
Горящий дом.
Растерянные лица пожарных, раскатанные рукава, хлопья пены и потоки воды, взлетающие к небесам и испаряющиеся, не успев коснуться огня.
— Здесь нельзя снимать! — Девушка-спасатель, немного чумазая, совсем не вежливо встала у меня на пути и попыталась отнять камеру.
— Мне — можно… — Я наконец-то включил «нейро» демонстриуя свое звание и принадлежность к Фемиде.
— Только не приближайтесь близко. — Девушка сменила гнев на милость и удивительно прекрасно улыбнулась. — Снимками поделитесь, хорошо? Они будут преобщены к делу…
Ах, как же она улыбнулась! Аж палец вжал кнопку, делая серию снимков.
— Ольви! Быстрее! Левое окно! — Рык старшего заставил девушку сорваться с места, а меня глянуть на левое окно.
«А ведь когда-то там была спальня Моник…» — Я смотрел как огонь пожирает мой дом, пытаясь понят, как это вообще возможно?!
Ну, не горючие материалы у меня использовались, совсем не горючие!
Максимально могла заняться обшивка стен, пару ковров, некоторая мебель, из той, что натащили в дом Моник с Жанетон.
— Жалко дом… — Голос за моей спиной больно резанул по ушам. — Он был такой светлый…
Я развернулся и отшатнулся от говорящей, поправляющей копну черных как смоль, волос.
— Ссссуки… — Моник окинула меня быстрым взглядом и, не узнав, отдернула серую форму Ордена. — Скоты…
Женщина скрылась, усевшись в чиновничий антиграв и укатив по своим делам.
А я так и остался стоять, пытаясь понять, что же это за привет из прошлого мне прилетел сейчас?
Часть третья «Повороты тупые и повороты острые» Глава 21
— … На сколько был застрахован ваш дом? — Ольви прикусила губу и посмотрела на меня своими зелеными глазищами, явно жаждая меня разорвать на сотню маленьких человечат, а потом прыгать по ним, наслаждаясь нежным хрустом тонких косточек.
— 4,3 миллиона. — Я спокойно озвучил цифру, понимая, что на самом деле она уже все знает, просто отрабатывает все варианты. — Только это уже не мой дом.
Я скинул девушке полученные по прилету документы, что дом реквизирован и коротко усмехнулся.
Злость девушки была мне понятна — лечь спать пожарной третьего класса, а проснуться лицом пожарной службы — это, конечно, слишком быстрый взлет, но…
Ту ее улыбку оценил не только я, но и весь пожарный отдел города!
Правда, не оценил молодой человек, обозвав при всех шлюхой и тварью, влепивший девушке пощечину и улетевший в кювет от моего подлого удара в спину.
В общем, семейная жизнь у Ольви совсем не задалась.
А ведь я в тот день пришел поздравить ее, от всей души, даже не подозревая, что стану ее личным врагом, разрушившим «большую и чистую любовь»!
— То есть, у вас были причины для поджога… — Девушка украдкой глянула на своего напарника, мило беседовавшего с бабушкой Глорией и потягивающего зеленовато-коричневый компот из запотевшего стакана.
— У меня была причина желать зла новым владельцам дома, убившим мою рабыню, но вот поджигать дом… — Я развел руками, а Ольви внезапно побледнела.
— Простите… — Пискнула она. — Этого не было в деле…
— Да ладно вам… — Я махнул рукой. — Вы пожар расследуете, а не мои личные проблемы.
— Не подскажете, что могло так гореть в вашем доме? — Прекрасная огнеборка решила сменить гнев на милость и перешла уже к реально важным вопросам, по сути дела.
— В моем — точно ничего. — Я сбросил девушке данные по Хассеру, по системам безопасности и количеству горючих предметов, из которых самым опасным был вкопанный бак с топливом для генератора.
— А не в вашем? Вы были там после? — Ай девочка, ай умница…
Пришлось скидывать ей те данные, что я получил за свой короткий визит, до того момента, как ныне считающийся сгоревшим медикус Зец получил фофан на полморды.
И те, что получил не совсем легально, позже, когда пытался вытащить остатки Хассера и разузнать о Руте.
— Странно… Но хранилище топлива на новой схеме дома не отмечено…
Я снова развел руками, давая понять, что понятия не имею, куда девалось пять тонн топлива, которые я специально перед своим побегом с планеты долил в хранилище, «на всякий случай».
— Ольви! Ты закончила? — Напарник девушки, вволю наобщавшись с Глорией и залившись компотом по самые брови, демонстративно постучал ладонью по «нейро», намекая, что им пора.
Блин! А ведь я его вспомнил! Это ему я фотографии скинул!