Вот и что тут сказать в ответ, а?!
Еще раз поцеловав женщину в макушку, достал из шкафчика полотенце, вытер мелкую и зареванную полторашку и потащил ее в комнату.
Хотелось, конечно, в постель, но животы у обоих бурчали, напоминая, что любовь-любовью, а обед по расписанию!
Да и совет Кабана, поговорить о «нюансах» тоже не следовало откладывать в долгий ящик, а то…
Мало ли…
Поглядывая на завернутую в полотенце Бекки, полюбопытствовал, с чего такой интерес к мальчику и что имел в виду насчет «неписанных правил и законов» и, уже через полчаса не знал, плакать мне или смеяться.
Я догадывался, что в центральных частях все через выворот, но чтобы настолько!
Например, теперь я понял, почему бабулька терпеть не может внучка — вся эта империя О’Калхари к юному О’Калхари отношения не имеет — строилась она бабулькой более шести десятков лет, а вот туповатая доченька выскочила замуж за молодого офицера и, сделав внучка, решила воспитать его в духе «свободы, равенства и братства», как-то забыв, что все оценивается по вложению сил, а не раздвижению ног!
В результате «свободного воспитания», внучек получился редкостным мудаком, во всем поддерживаемый мамочкой и папочкой.
В конце-концов, его мудачизм простучался даже в голову папочки и тот отправил своего единственного сыночку в кадеты, оплатив полный, восьмилетний, курс обучения.
Учитывая стоимость обучения, «вес» фамилии и многочисленные связи, великовозрастного долбоящера записали сразу на второй курс — записали бы и на пятый, но он и второй тянул с трудом.
И, возможно, сделала бы армия из дебила — силу, но при переводе на новое место службы, родительский крейсер попался на зубок двум средним пауканьим ульям.
Другой бы в учебу упал, но Саплайт мужественно покинул территорию училища, прикупил на наследственные денежки довольно не плохую яхту, быструю и зубастую и…
Занялся «прожиганием жизни».
В общем, история такая, каких я слышал сотни, если не тысячи и потому пришлось мне возвращать Бекки снова к неписанным правиласм и законам, с которорых все и началось.
И вот тут-то и был самый натуральный шок!
Я слышал на Теркумиссе, что Центральные миры по скотски относятся к женскому полу, но настолько…
Например, если у нас с Бекки начнутся отношения, то через год я могу вполне себе спокойно отстранить ее от ее собственного бизнеса! И более того, в аристократических кругах, начав отношения с женщиной с дочерью, аристо имеет все права не только на бизнес, но и на… Дочь!
И это считается совершенно нормально для окружающих!
Более того, это нормально даже для большинства женщин!
Включая и Бекки…
Н-да-а-а-а-а, я начинаю искренне бояться женщин…
Зато прекрасно понимать бабулю Саплайта, которая пользовала молоденьких жеребчиков, а потом честно выбрасывала их, в исключительных случаях делая дорогие подарки и совершенно честно плюя на мнение окружающих.
Да уж, сложно мне будет играть роль внучка-прощелыги, очень сложно…
А ведь мне предстоит вести себя ровно так, как вел он!
Прикончив ужин, мы с Бекки собрались и, сдав номер, вернулись на ее торпедоносец и отчалили со станции «Канарейка», в этот раз искренне радуясь неторопливости обратного полета.
Разумеется, торпедоносец не особо блещет удобствами для кардиостимуляции, но…
Мы справились!
Точнее — справилась Бекки, у которой в полете словно постоянный завод срабатывал, загоняя ее на меня и растворяясь в старом, как само человечество, танце двух тел.
Бэлл, к моему удивлению, новости о том, что мамочка скоро снова займет капитанское кресло на корабле, принадлежащему АБЭП-у, совсем не обрадовалась.
И Огюст, тот тоже смотрел на меня странным взглядом, словно я ему всю малину испоганил!
Они даже поругались и Огюст потребовал, чтобы его взяли на корабль, потому что «кабанам» он не доверяет, от слова «совсем»!
Бэлл тоже рвалась на корабль, но тут уже я возмутился — все эти чертовы «правила и неписанные» меня изрядно раздражали, ровно как и удивительное их принятие Беккой.
А раз у нее в голове стоит галочка, что подобное «нормально», то…
Наверное, хватит мне одного ящера.