На спине возмущенно вопила Моник, а я отчаянно пытался выбраться из вонючей жижи, отвоевывая метр за метром, пока не стало поздно.
«Соломон-Иуде
Хорошая работа!»
— Прекрасная работа, Дин… — Моник куталась в зеркальное одеялко и смотрела на меня волком. — Три с половиной тысячи — псу под хвост!
Если что, это она о платье.
— Лучше бы вы мужу спасибо сказали. — Взрослый полицейский, стоящий рядом с блокнотом, осуждающе покачал головой.
— Я скажу… — Моник выдохнула. — Я все скажу…
И боднула меня лбом в плечо!
Не-е-е-е-ет, на женщин стресс плохо отражается, они неадекватно на него реагируют!
— Значит, вы решили покинуть похороны и пошли в сторону выхода. — Полицейский вернулся к записям в своем блокноте. — Услышали подозрительный шум, посмотрели вверх и кинулись бежать, все верно?
Я кивнул головой.
— Опишите, что вы там увидели?
— Быстро приближающуюся черную точку. — Я попытался развести руками, но как-то не получилось.
— А что вас напугало, из-за чего вы побежали?
— Звук пробитой подушки антиграва. — Я тяжело вздохнул.
— Вы уже слышали такой звук?
— Да.
— При каких обстоятельствах?
— На борту «Императора Шертона Четвертого», четыре года тому назад. — Я зевнул, уже изрядно устав отвечать на вопросы, идущие уже по шестому, если не седьмому, кругу.
— Как вы думаете, кто-то еще мог слышать этот звук?
— Представления не имею. Звук весьма специфический, кто не знает, тот и внимания не обратит.
— Свидетели говорят, что взрыв был очень сильным… Не объясните, как вы оказались от места трагедии так быстро?
— Очень жить захотелось. — Честно признался я, недобро поглядывая за спину полицейского, за которой маячил хорошо знакомый плащ Сестры Агнессы.
Ну, в принципе, на церемонии ее не было, так что ее интерес понятен.
Но вот чего она так на меня уставилась — ума не приложу!
— Брат Иви, спасибо тебе за труд… — Агнесса коснулась плеча мужчины, привлекая к себе внимание. — Дальше этим займется наш отдел…
Полицейский козырнул, сдал блокнот Сестре и свалил в закат так ловко, словно всю жизнь в этом тренировался.
— Брат Дин. Сестра Моник… — Агнесса коряжистым деревом замерла напротив нас, многозначительно листая блокнот. — Что сподвигло вас отойти в сторону?
— «Общественная часть» закончилась, а на «семейную» меня никто не звал. — Я посмотрел в глаза Сестры, отчего-то одобрительно кивающей.
— Сестра… Что скажешь ты?
— Что никогда так не чувствовала себя так… Беззащитно. — Моник поежилась в своем одеяле. — Но, я точно не слышала никаких звуков.
— Это не удивительно. — Агнесса скривилась. — Звук поврежденных «подушек» слышат всего 0.3 % от одного миллиона жителей. Обычно это молодые, но… Бывает как и в случае с братом Дином. Готова поспорить, когда-то Дин повредил ухо при нырянии или родился на большой высоте, в сильно разряженном воздухе…
Пришлось развести руками — таких подробностей о себе я точно не знал.
Моя жизнь в этом мире началась со сломанного о головогрудь клинка и длинного полета, который завершился спиной Дюка.
— Его Преосвятейшество предполагает, что Герцог Теркумисса покинул сей мир далеко не из-за сексуальных игрищ со своей рабыней, которую торопливо заколола его супруга и даже не от ревности супруги, а из-за своей прямой обязанности — набора рекрутов на военную службу.
— Глупости. — Я фыркнул. — Из-за этого не убивают. А если и убивают, то не вместе с 80 % процентами…
«УПС!»
Реально ведь, на похоронах присутствовало 80 % «цвета общества»!
Вот только, цвета не простого, а — кровавого!
Вместе с тоннами земли, в небеса отправились многочисленные капитаны кораблей, старшие офицеры, святейшие Братья и Сестры Битвы — фактически, одним махом Теркумисса лишилась верхушки военного общества!
— Его преосвятейшество хочет поговорить с тобой об этом завтра, например, в 11? — Агнесса протянула мне пластиковую карточку одноразового пропуска, с золотым тиснением и и моей голограммой-снимком.
— Обязательно буду. — Я забрал протянутую карточку и сунул ее во внутренний карман, потом чертыхнулся и переложил в карман до сих пор мокрых, брюк.
— Полиция отвезет вас. — Сестра Битвы развернулась на каблуках и пошагала прочь, оставляя нас среди суеты и мигания огней.
«Иуда — Соломону
Объект информирован
Третий эшелон собран»
— Это совершеннейшее безобразие! — Хассер искренне негодовал, в динамиках, пока я старательно намыливал голову и растирался до красна жесткой мочалкой, пытаясь смыть с себя грязь и запахи канавы. — Все новостные паблики…