— Видишь, у тебя есть еще три возможных варианта развития событий… — Тарг положил «Наказатор» на стол перед собой и довольно потянулся.
— Осталось понять, что от меня вообще требуется… — Я одновременно боролся с тошнотой, с головной болью от жуткого похмела, с желанием вломить старому уроду и с желанием, сдохнуть, прямо тут…
— О, прости, я разве не сказал? — Его преосвященство развел руками. — Что-то с памятью моей стало… Меня интересуют твои задания, Дин. В отличие от Дюка, я никогда не поверю, что всратый дикарь смог активировать меч МакКитлика и научиться использовать шлем святого брата Джеффри! Без «нейро», на голой силе и развитости мозга! Ты — шпион. Шпион проклятых отступников, связавшихся с пауками и создавшими свой омерзительный союз!
Святой отец шипел, плевался слюной, а от его ненависти закладывало уши и слепило глаза.
— Ты знаешь, что это такое? — В бесконечности космоса плыла огромная, огромная-огромная, белоснежная стена какой-то фантастической, бесконечной станции, на обшивке которой, только за десять секунд длящегося кадра я насчитал сто девяносто одну установку ПКО, а это, без малого, почти сто километров! — Ты же видел уже такое?!
Его преосвященство снова махнул своим «Наказатором», но в этот раз на пол упала только прядь волос моей рабыни.
— Мне сделать за тебя еще выбор? — Его преосвятейшество шало улыбнулся. — Или дать тебя время подумать? А, может быть, ты захочет стать умнее и присоединиться ко мне?
— Я не шпион. — Я вздохнул. — Я никогда не видел такой станции. И никогда…
— Тарг, довольно! — В комнату, с грохотом ломаемой двери, вломилась Агнесса.
Окинув взглядом помещение, шагами Командора подошла к Его преосвященству, вырвала из его рук «Наказатор» и, наклонившись к лицу мужчины низко-низко, прошипела что-то на Древнем языке.
Что-то, судя по всему, очень важное, если Его преосвященство, вмиг забыл про меня и моих женщин, встал со своего места и, ткнув в мою сторону пальцем, попросил Агнессу со мной закончить и вылетел вон из кабинета, словно ему в жопу напихали целый рой ос!
— Мои соболезнования… — Агнесса нажала на кнопку, освобождая сперва меня, а потом и моих женщин. — Его Преосвященство не всегда такой… Просто гибель старого друга подкосила его разум, но… Сейчас все пройдет…
— Соболезнования? — Я попытался встать со своего стула. — Соболезнования?! Это так святая церковь себя ведет на вновь завоеванных планетах — сперва убивает, а потом приносит соболезнования? А потом удивляется, почему никто не хочет их благословенного правления?
— Остановись брат Дин! — Агнесса подняла руку с ярко-красным перстнем-щитом на безымянном пальце. — Сейчас не время узнавать, кто лучше. Гибель Дюка превратила планету в зловонную, бунтующую клоаку…
— Ну, да, вам-то только такие и нужны. Где боли побольше, где крови… — Я наконец-то встал и пошел к все так же стоящим у стены женщинам, не верящим, что они свободны. — Святая церковь подонков и мразей…
— Ну, так, сделай ее лучше. — Агнесса поморщилась. — Стань одним из нас. Прими в себя свет веры и неси, отдавай свет, освещай, делай лучше…
— А потом придет его преосвященство и все зальет кровью?!
— Сейчас в тебе говорит гнев, боль… — Агнесса тяжело вздохнула. — Брат, я понимаю тебя… Идите домой и заприте двери — ближайшую неделю на планете будет не спокойно…
— И чем мне помогут запертые двери, на планете, где «неспокойно»? — Усмехнулся я, обнимая по очереди своих женщин, явно чем-то накачанных и оттого спокойных и…
— Вот. — Агнесса протянула мне маленький значок-наклейку. — Прикрепи это к воротам и ни один солдат Божий не прикоснется к дому твоему! А теперь иди.
Я принялся толкать-тормошить своих женщин, безучастно побредших к выходу, словно стадо.
— Дин… Воспользуйся моим подарком. — Агнесса остановила меня у порога. — Я клянусь, что делала его от всего своего сердца, как брату по оружию, без желания навредить, без задней мысли и злости, как равному…
Загнав троицу в стоящее у входа такси, вызванное из холла, повертел значок.
Красный крест, как жирный, мерзкий паук…
Представив, что это «украшение» будет портить внешний вид моего дома, чуть не выбросил его в открытое окно и только благоговейный взгляд Моник, направленный на «паука» остановил меня от поступка, к которому тянулась вся моя душа.
«Соломон — Иуде
Новый связной будет на днях, подготовьте место и легенду.