Миг, и летунья, подхватив свои вещички, серебристой птичкой улетела вверх по лестнице, оставляя меня в одиночестве.
Эх, чую, не будет у меня портрета!
«Соломон — Марии
Заражение завершено
Иуда — Марии
Получил перевод на третье направление
Марат — Марии
Требуется вмешательство координатора
Наглобя — Марии
Часики тикают
Франциск — Всем
Вторая фаза»
«Пятый Рим» — корабль огромный и доступ ко всем его частям, комнатам, отсеком и коридорам есть только у капитана корабля, старшего помощника и начальника СБ корабля.
Это — в принципе.
А в реальности же…
Мужественный технари шныряют по кораблю в таких местах, где волки нос не кажут, а нас, «медицину», могут впихуячить куда угодно, требуя лишь служебную записку, да и то — постфактум.
В этот раз, на «выходе», наше отделение впихнули на «офицерскую палубу», поставив дежурство «три через один».
Жаль только, что именно сюда и именно на этом «выходе».
Почему?
Да потому что именно сейчас и именно по этим палубам с трех сторон гвоздили двухкилометровые кораблики, прошибая всю нашу хваленую, километровую броню, с первого удара!
Я полюбовался улетающим телом старшего офицера, безголовым и оттого не представляющим интереса к спасению.
— Дин! — Оллин ткнула пальцем в пролетающего мимо меня, безногого офицера, предлагая заняться им.
Вот только у этого офицера нет затылка.
Со стороны Оллин он вроде целенький, а так…
Отключив магнитные подошвы, оттолкнул тело и, пользуясь импульсом, направился к человеку в черном скафандре СБ, что махал мне рукой из-за косяка полуоткрытой двери.
— Шесть раненых! — Мужчина поймал меня за руку и поставил рядом с собой. — Справишься?
— А куда я, нахрен, денусь-то, а?! — Я вызвал дроида-«ишака» и, пока эта железка тащится среди творящегося хаоса, принялся осматривать раненых.
Где-то, в центре «Пятого Рима» молитвы взлетели в крещендо, наполняя тела медикусов божественной силой, способной…
Почти способной вернуть с того света.
Сейчас с того света вернуть сложнее — восьми километровый «офицерский коридор» превратился в дуршлаг, паря во весь космос кислородом и исторгая из себя тела тех, кому не повезло оказаться рядом.
— Слышь, медикус… — СБ-эшник вздохнул. — Если со мной что случится, я тебе данные скину, а ты их, потом, своему капитану скинешь, понял?
Я кивнул, продолжая «качать» божественность и ругаться, что чертовы скафандры не имеют медицинского доступа, без которого невозможно понять, сломана у человека конечность или и вовсе оторвана!
— У вас кто капитан?
— Легат Тиберий. — Я скинул на «нейро» СБ-шника свои учетные данные и выдохнул.
В этой комнате все «легкие», так что делать мне тут, в принципе, нечего.
— Сейчас «мул» прибудет, пристегнетесь к нему и пусть он вас вниз тянет. — Я помахал рукой мужчине и, снова отключив магниты, вылетел из комнаты, уставленной совершенно секретным оборудованием, от которого, целым, остался только запретный «пищемат» наших врагов…
— Млять, холодно-то как! — Я поежился и пожалел, что нельзя подышать на руки, согреваясь хоть чуть-чуть.
— Дин! Коридор чист! — Вторая близняшка приземлилась рядом со мной, вся такая свежая, что убить ее захотелось!
Не ее вина, конечно, что мне достался «дежурный скафандр» с глючной системой обогрева, но…
— Тиберий нас отзывает, сейчас будет отсечка, три минуты! — Хеллен подняла три оттопыренных пальца, а потом послала мне воздушный поцелуй.
На пару секунд даже теплее стало…
— Дин!
— Иду я, иду! — Из-за всех этих дыр, связь пошла по звизде, а гребанный капитан Легальи, надеюсь, он в своей каюте замерз, гребанный экономист, что зажал «нейро» народу в общем и медикусам — в частности!
Пролетев по ледяному коридору, нырнул к аварийной лестнице, влетел в кессон и свалился на пол от включившейся гравитации.
— Дин! Как успехи? — Голосу Тиберия в своей голове я был рад, как никогда.
Голос в голове — это прекрасно!
Это — связь!
Это — Энергия!
Это, черт возьми, ТЕПЛО!
Едва переходник заполнился атмосферой и открылась вторая дверь, как я просто ввалился почти хладным трупом и принялся сдирать с себя промерзший скаф.
— Дин? — Легат в моей голове принялся отчаянно материться, а потом отключился и кто-то принялся помогать мне снимать обледеневшую амуницию.