— Да… — Я потер руки. — Веди, Корта.
Старушенция довольно ухмыльнулась, повернулась ко мне спиной и потопала по узенькой улочке, зыркая по сторонам старческими, слезящимися от яркого света, глазами.
Потом резко свернула влево, в темный проулок, прошмыгнула между двумя, почти сросшимися заборами и трижды стукнула сухим кулаком в обшарпанную дверь.
— Сегодня господин добрый… — Сказала она едва держащемуся на ногах алкашу, который, пропуская нас внутрь дома, просто бахнулся на жопу и блаженно уснул.
Закрыв за собой дверь, прошел по коридору и оказался в огромной комнате, уставленной ровными рядами полупустых кроватей.
— Сегодня у нас всего шестеро. — Корта выпрямилась и принялась облачаться в белоснежный халат, поданный смеском человека и ящера. — Благодаря тебе облав давно не было, а чужие в квартал перестали заходить…
Осмотрев шестерых, лежащих в кроватях, с сожалением развел руками — двоих не спасу даже я — у них не болезни главные проблемы, а обычный, человеческий возраст, лечить который я, при всем своем желании, просто не умею.
Двоим оставил аптечки — простуда, это конечно, не приятно, но не смертельно, а вот с двоими оставшимися пришлось повозиться.
— У господина руки бога… — Корта взяла меня за руки и прижалась к ним лбом. — Квартал благодарен господину за его поддержку!
— Пока могу… — Я улыбнулся. — Алкашу больше не наливать, почка у него теперь только одна, а…
— Этна. Ее зовут Этна, господин. — Корта замерла, ожидая моих распоряжений.
— А Этну, после выздоровления, запиши в ополчение. — Я вздохнул. — А ее мужчину, лучше всего, убейте по пьяне, такие как он…
— Это не ее мужчина. — Корта вздохнула. — Это Абель Фар…
Ну-у-у-у…
Я прищурился.
Абеля знает весь город и…
Думаю, если ростовщика случайно хватит удар — никто не удивится.
— Найди Тришу и скажи, что я не возражаю…
Вымыв руки, сбросил халат и, помахав всем присутствующим ручкой, поплелся к себе домой, готовиться к фотосету.
Правда, особо «готовиться» не получилось — взбалмошная певичка примчалась на съемку на 15 минут раньше и приволокла с собой целый кортеж помощников, психологов, осветителей и еще хренову тучу лишнего народа, среди которых затесалось двое, видеть которых я был искренне рад — Алия Шури и Крена Шури, две сестрички, творящие чудеса макияжа!
Этих двоих в студию допустил, они в ней нужны, а остальных, включая троих дрессировщиков с их питомцами, послал нахрен.
Ну, скажите мне, пожалуйста, нахрена мне карманная собачка, поджарый ягуар и альтанская ящерица, меняющая цвет в зависимости от настроения владелицы?!
— Мы будем присутствовать при фотосете! — Две «божественных сестры» встали в дверях, не давая мне ее закрыть.
— По 16000 каждой и милости прошу. — Я приветливо улыбнулся.
— Мы не будем сниматься! — Возмутилась первая.
— Мы будем свидетелями…
— А это и есть плата за присутствие на съемках. Если вы пожелаете «сняться», это будет еще по пятнадцать тысяч с носа. — Я указал на прейскурант, висящий на открытой двери.
— Я все оплачу! — Миллета щелкнула и ко мне подскочил молодой мужичек с пузиком, тут же приложивший карточку к считывателю. — Эти сестры посидят тихонько в сторонке, правда же, Сестры?
Ага, ну-ну, ну-ну…
Судя по сжавшимся в ниточку губам, «сестры» вряд ли хотели посидеть в сторонке, особенно первая, у которой бицепсы, как у меня нога в бедре!
— Прекрасно… — Я указал на ряд стульев, стоящий у дальней стены. — Сестры, вам туда. Алия, Крена… Смойте эту мерзость, все нарощенное — долой, сперва зеленые, для ч\б, потом проверим красное, оранжевое и синее. Играем, мои красивые!
«Щелк!»
Вот он, первый кадр!
Кадр, на котором у ошарашенной новорощенной звезды, самые честные, офигевшие от удивления, глаза…
Глава 2
— Первые два у тебя разогревочные. — Распорядитель боев подсел ко мне чуть ближе, чем надо, но такой уж он весь и есть. — Холос и Турма, до этого были «мясом» в шестом пехотном, но он сейчас на переформировании, жуки их изрядно проредили, так что, мужики решили подзаработать. Каждому по три боя, с вылетом. Мужиков не обижай, дай показать себя. Третий бой с ящером, здоровый, собака, быстрый, ему можно и проиграть, он не по деньгам, ставок на него и на тебя нет, так что потанцуете и разойдетесь.
Толи вздохнул.
Толи очень не любит «не по деньгам», но и вариантов у него нет — любая Арена на каждые десять боев со ставками, должна давать один без.
Обычно, такие бои совершенно не интересные, исключительно чтобы ввести новичка в горнило схваток, но…