Ни одного окна не разбили!
Никто не угрожал Руте!
А эта сука просто взяла и отдала его под сраный госпиталь для «высокопоставленных» ублюдков, которые «пострадали»…
Нет, после моего визита некоторые из них реально пострадали и теперь им не скоро отрастят выбитые мной зубы или прирастят оторванные уши.
Точнее — никогда, пока они в моем доме!
Покинув поместье Дюка, вышел на улицу и, пройдя по памятным закоулкам, очутился на задворках, где когда-то лечил тех, кому не повезло в жизни.
Сейчас здесь совсем пустынно, а от части домов остались только «рожки да ножки», но…
Тут было не в пример чище и свежее, чем в покоях новоявленной Ее Светлости.
Оперевшись на забор, рядом с которым меня всегда встречала Корта, сделал глубокий вдох-выдох.
Ее Светлость нарушила «закон о добровольцах»…
— «Дом солдата — и в храме свято…» — Процедил я сквозь зубы, еще раз напоминая себе, что для аристократии свят только один закон — их собственные желания!
— Господину плохо? — Маленькая девочка замерла рядом со мной, искренне пытаясь помочь. — Вы заблудились, Господин?
— Нет, маленькая… — Я улыбнулся. — Я не заблудился. Просто потерял хорошего человека и не могу ее найти.
— Если хотите, то есть хочете, я могу проводить вас до дома Хассера, а оттуда вы легко сможете позвать полицейского и он отыщет вашего хорошего человека!
Вот так вот…
Мой дом стал «домом Хассера».
А мой Хассер, сейчас, лежит разодранный тупыми пациентами, которым не понравилось исполнять правила.
А мудак Зец, вместо аккуратного демонтажа не дешевой конструкции, просто разрешил все вырвать и очистив чуланчик Хассера поставить там ведра и половые тряпки!
Кретин!
— Мою потерю полицейский не найдет. — Я вздохнул. — Но, тебе, огромное спасибо!
Оторвавшись от забора, прогулочным шагом потопал куда глаза глядят.
Ладно.
Сегодня я еще хандрю, а завтра прогуляюсь в банк, переведу все активы на орбиту, где они вско будут целее, чем рядом с этой дворянкой вольницей, да и подумаю о том, чтобы переселиться куда подальше.
Вот только…
Найти бы Руту!
— Господин заблудился? — Хриплый голос с нотками гнойной ангины и гнилых зубов раздался из переулка. — Показать дорогу? Не дорого, Господин, всего лишь за ваши шикарные сапоги!
«Интересно, насколько надо быть тупым, чтобы не понимать, что человек, стоящий перед тобой одет в «Чижа»?!» — Я поманил идиота пальчиком и тот, как идиот, вышел из переулка, чтобы через мгновение улететь в него обратно.
Правда, уже без зубов.
Учитывая, что на помощь никто звать не стал, идиот еще и работал один!
Да уж…
Пройдя весь квартал, понурый и обгоревший, вышел на одну из центральных улиц и пошел по тротуару в сторону гостиницы, где меня поселили приказом Ее Светлости.
Гостиница — офигенная.
Но такая чопорная, что так и хотелось снять пяток проституток и затащить их в вестюбюль, чтобы хоть как-то вывести уныние роскоши…
— Господин капитан… — Портье протянул мне ключ. — В номере Вас ожидают!
Вчера в номере меня ожидали родственники побитых «высокопоставленных», которыхм показалось, что я должен деньги за лечение их чад и родственников.
Позавчера наведалась какая-то девица из «скособоченных», которую пришлось выбрасывать вон за дверь, прямо в том состоянии, в котором она была — голой и с затычкой в жопе.
Просто не номер, а дом свиданий!
— Знаете, милейший, а заберите-ка вы ключ… — Решил я, уже изрядно устав от «гочтей». — В вашем клоповнике совершенно не возможно отдохнуть, проще заночевать в горящем борделе!
Я положил ключ на стойку и, повернувшись через левое плечо, направился к выходу.
— Но… Вас же ждут?! — Глаза портье стали размером с блюдца.
— Вот и овощ им в помощь в этом сложнейшем занятии! — Я помахал рукой и вышел вон.
Н-да-а-а-а-а…
Я-то думал меня тут как героя встретят…
Ну, хорошо, как человека.
А на деле…
Увидев стоящего на противоположной стороне «Зеленого карася», запрыгнул на заднее сидение и попросил увезти меня куда-нибудь в тихий и семейный пансион.
Желательно — за городом.
Таксист, не молодой мужчина, молчком прокрутился по городу, выскочил на окраину и, буквально через 15 минут остановился у милого зеленого особнячка с низким металлическим заборчиком и адресом «Калиновая, 14».
— Это пансион. Семейный. И здесь не любят алкашей, крукунов и потаскунов. — Мужчина развернулся ко мне. — Содержит его бабушка Глория… Моя бабушка! Так что, если что…