Алина поджала губы, оглядела кофейню, где мы пили чай. Двое парней недвусмысленно косились на нас. На Алину, точнее.
Алина была охотницей на мужчин - роковой, страстной, буйной брюнеткой с формами Моники Беллуччи. Каждый ее роман казался идеальным, достойным отдельной книги, и все же... Подруга всегда была одинока, как и я.
- Ничего мне рассказать не хочешь? - спросила она, подув на чай.
Опустив глаза, я пожала плечами. Алина настаивать не стала - друг другу в душу мы не лезли.
- А я встречаюсь с редактором газеты, - заметила она, искоса посмотрев на глазевших на нее парней. - Будет публиковать мои статьи.
- Что за газета?
- "Тайная жизнь звезд".
Я поперхнулась чаем.
- Про астрологию надеюсь?
- Когда как, - Алина усмехнулась.
- Подалась в желтую прессу?
- Не все же головоломки в детские журналы придумывать, - подруга вздохнула и, отставив чашку с чаем, добавила. - Ты не переживай. К тебе за материалом не полезу.
Она вскинула руку.
- Честное партизанское.
- А я тебе ничего говорить и не собиралась. Алина... - я задумчиво посмотрела на подругу. Та хотела ответить что-то на первую фразу, но, поняв, что я хочу сменить тему, выжидательно уставилась на меня.
- Я недавно встретила Андрея.
- Хм... - подруга свела брови. - Того, который однокурсник?
- Мы с разных курсов, но да, того, который из колледжа.
- И?
- Я сделала вид, что без ума от него.
- Ради кого-то третьего?
- Ради собственного самоудовлетворения.
- Глупо. И некрасиво, - Алина покачала головой. - Если тебе не хватает любви, советую найти мужчину, который тебе будет... Та-а-ак. А он есть! И ты о нем говорить не собираешься.
- Нет, не собираюсь, - мне не хотелось врать подруге. Я грустно улыбнулась.
Алина округлила глаза.
- Так ты... Ты серьезно влюбилась?! В сына клиентки?
- Не влюбилась. Просто... Запал в душу. Я о нем думаю чаще, чем нужно. А он... Нет, не сын. Внук.
- Значит, молодой.
- Да. Он как из другого мира. Мы такие разные, что вообще друг друга не поймем, наверное, - я покрутила тарелку с пироженым, ища тот место, куда вонзить ложку и не завалить все то великолепие, которое мне предстояло съесть. - Можно же так жить - чуть влюбиться, втихомолку, и смотреть издалека со спокойной душой? Как думаешь?
- А Андрей тогда тебе зачем? - Алина прищурилась. - Ой, не ври, подруга, себе врешь. Не было у тебя никогда любимого мужчины, вот ты и мечешься. Не мечись. Живи, как знаешь, смотри и наблюдай. За кого-то надо бороться с другими бабами, за другого - с ним самим. А за третьего - с самой собой.
Мне подумалось, что Михаил как раз сочетал в себе все три случая, но я и так слишком много сегодня сказала Алине, поэтому теперь только кивнула в ответ.
Подруга вздохнула.
- Мне кажется, ты просто не позволяешь себя любить. Почему? Вряд ли это психотравма. Я же такая же как ты, но ценю чувства мужчин и свои.
- Работа.
- То есть для себя ты жить не хочешь?
- Ой, Лин, отстань, - я отмахнулась. - Не знаю. Не влюблялась - и все тут. Что я могу сделать? Ходить, цеплять всех подряд, вдруг повезет?
- Это ты на меня намекаешь?
- Нет, ты, наоборот, очень избирательна. У меня такого таланта точно нет. И времени нет.
- Ты со своими стариками сама превратилась в сморчка.
- Они - не старики, - возмутилась я. - Они - пожилые! Те, которые пожили!
- Ну... А ты когда жить собираешься?
Я сдулась, отвернулась к окну. В свете уличных фонарей на темно-фиолетовое стекло пунктиром ложились капли дождя.
- Не знаю...
С Алиной мы расстались на минорной ноте. Я нагнала тоску и на свою подругу.
- Вечно ты так, - ворчала она, идя со мной до парковки. - Душу разбередишь и бросаешь меня, трезвой и одинокой. Ого, это что за драндулет?
- Покататься дали, - ответила я, подходя к ДеЛориан.
- Ужас. Ископаемое какое-то.
Я не стала вдаваться в подробности, что это за машина и насколько она популярна и дорога. Алина ехать со мной и "позориться" не захотела и вызвала такси, а я, потрясясь в салоне от совсем уже не осеннего холода, завела своего нового друга и поехала к поселку.
На трассе дождя не было. Радио радовало веселой попсой, я расслабилась, согрелась и чуть не пропустила поворот на поселок. Дорога, гладкая, как стекло, шла от трассы вниз, и у шлагбаума разветвлялась. Идеальная тянулась в сторону, к богачам. Всклокоченная второстепенная, еще при строительстве поселка проложенная большегрузами, огибала поселок. По ней и сейчас ездили, но редко. Так, на речку отдохнуть.
И вдруг меня переклинило.