- После смерти родителей я переехала к бабушке. И школу поменяла тоже. Я с детства была знакома с мальчишкой из квартиры напротив. Его родители помогли мне попасть в его класс. Мы не то, чтобы дружили, но в школу ходили вместе и обратно тоже. Иногда. Его отец был заместителем администрации района. Хорошие люди. Внимательные. Тот парень в одиннадцатом классе предложил мне встречаться. А мне было не до этого, я хотела поступить в медицинский ВУЗ, училась вовсю, ботанила, - я едва заметно усмехнулась, вспоминая то время. - Он даже ухитрился поцеловать меня пару раз, а потом забил, и все стало как раньше. Мне зимой исполнилось восемнадцать. И первое, что я сделала - продала квартиру родителей. Сказала своему другу-соседу, когда пила у них чай, что, как стану совершеннолетней, продам квартиру и куплю себе машину. Или мотоцикл. Короче, Саня все знал. Я после дня рождения пошла открывать карту, а когда возвращалась домой, меня за остановкой поймали трое парней. Думали, у меня деньги. Денег не было. Двоих я не знала. Сумку вырвали, я хотела отобрать обратно. Повалили в снег. Били, но не сильно. А потом... Когда двое смотались, я поднималась уже, как меня по голове стукнули. Со всего маха. Я почти сразу слышать перестала, но, когда упала, увидела, кто это был. Вот...
Я тронула шрам.
- Ублюдок, - тихо заметил Михаил и сжал челюсти. Злился. За меня.
- Потом операция, кома около недели, - я поджала губы. - Реабилитация, полиция, суды. Ему бы дали условку, потому что тех двоих нашли. Наркоманы с соседней улицы. Неоказание помощи, кажется... И чего бы я там не говорила, меня никто не слушал. Кроме СМИ. Моя подруга, журналистка, помогла мне. Ко мне приехала съемочная группа местного телеканала, я показывала им копии заявлений, дублировала показания, осветили они и то, что мои родители погибли. Мне стали писать те, чье родственники были в том самолете. Возмущение, статьи, посты в соцсетях. Резонанс. И Саня сел на пять лет за разбой. Как ненавидили меня его родители... Боже... Его мать плевала мне вслед. Решила, что я все выдумала, чтобы они дали мне денег. Только и другие свидетели были. Их сразу услышали, когда этим занялся следственный комитет...
- Воспитала ублюдка. Нет бы признать. Сука.
- До сих пор не понимаю, зачем, - я пропустила гневный выпад Миши мимо ушей. - Он ведь и не говорил со мной после нападения, только глаза отводил на суде. Деньги у них были... Я не обижала его. Он был хорошим парнем. Таскал пакеты с магазина, помогал мыть окна...
- Мне очень жаль, что такая мразь была в твоей жизни. Больше он тебе не докучал?
- Нет. Он, кажется, отсидел и уехал из страны. Сейчас это уже неважно, - я посмотрела на Михаила и грустно улыбнулась. - Теперь понимаешь, почему я не понимаю тебя? Боль - это всегда боль, какими бы ни были причины.
- Иди сюда, - он обнял меня за плечи и притянул к себе. Я не сопротивлялась - положила голову ему на грудь и замерла, немного одурев от его теплоты и нежнейшего чувства, которое рождали его прикосновения. - Я узнал тебя лучше, и теперь понимаю. Узнаешь получше меня - и тоже поймешь.
- Ты уверен?
- Я надеюсь.
- Почему?
- Потому что хочу, чтобы ты согласилась быть со мной.
Глава девятая
- Так и сказал?
- Угу, - я накрыла глаза ладонью. - Что мне делать?
- Не знаю... А он красивый?
- Да.
- Не дурак?
- Нет.
- Добрый?
Я задумалась.
- Наверное...
- Я так понимаю, что ты первый раз нацелилась на серьезные отношения, но тебя останавливает тот факт, что он - родственник пациентки?
- И это тоже.
Алина вздохнула.
- Не знаю, Вер. Шутить с тобой не буду, я бы, конечно, рискнула, но ты... Не знаю... Скажу: "Лови", и все испорчу таким советом.
- И на том спасибо.
- А если нет - жалеть не будешь?
Мы помолчали.
- Решай сама, - снова вздохнула Алина. - Но в "Померанец" его бери. Хоть гляну...
- Журналиста включать не будешь?
- Ну... Смотря что он из себя представляет.
- Лин.
- Шучу. Честное партизанское, ни вопроса лишнего не задам. Если это не Папа Римский, конечно.
- Ладно. Увидимся. С наступающим.
Про очередную годовщину трагедии никто из нас не обмолвился и словом.
Я отложила телефон и направилась готовить завтрак. Маргарита Васильевна проснулась раньше обычного, прослушала Листа и вышла ко мне.
- Вера, собери сегодня выписки по моим счетам, - заявила она с порога.
- Хорошо.
- Михаил ещё не встал?
- Нет.
Княгиня села на свое место и, чуть откинув голову, презрительно оглядела меня.
- В каких бы отношениях ты не состояла с моим внуком, будь добра соблюдать договор. Я не потерплю лишней болтовни. Мои проблемы и их решения - это мои проблемы и решения. Ты поняла меня?