- А ты сразу сказать не могла, - проворчал Михаил, отворачиваясь.
- Да я что-то забыла, - беззаботно ответила Соня.
- Твои подарки под елкой, - Маргарита Васильевна поднялась. - Пойдем, покажу.
- Как дела, Вера? - художница, стащив на ходу с тарелки вишню в шоколаде, подмигнула мне. - Как мой братец? Хороший любовник?
- Соня! - княгиня, замерев в дверях, обернулась. - Как не стыдно!
- Я и "стыдно" - понятия несовместимые. Мне ничего не стыдно.
Промолчав в ответ (в принципе, он и не был нужен - Соня о своем вопросе сразу же забыла), я проводила художницу взглядом.
Интересно, откуда узнала? Вряд ли ей рассказал Михаил.
Может, Андрей? Этот любил поболтать поболее многих моих пациенток.
- Где все? - Миша водрузил большой пакет на свободный стул, потер ладони друг о друга, согревая замерзшие пальцы.
- В гостиной.
Михаил вскинул голову и громко крикнул:
- Соня!
- Да, Михаэль?
- А ты с правами?
- С правами, братец, - художница вернулась к нам с двумя коробочками и планшетом для эскизов. - Спасибо за подарок, Мик. И тебе, Вера, спасибо. Бумага в этом планшетике классная! Под все подходит.
- Рада, что понравилось.
- Ты очень внимательна к людям. Миш, ты поэтому так за нее зацепился? - Соня снова подмигнула мне. - Осторожней, Вера, Михаэль у нас иногда сильно вредничает .
- Сонь, сядь уже и пей чай.
- Да стой! Я вам подарки ещё не отдала, - Соня протолкнулась к пакету и принялась выуживать оттуда свертки. - Бабуль, это новые очки, линзы по твоему рецепту.
- Спасибо, Соня. Из моего любимого салона?
- Конечно! Открой футляр. Видишь, в роговой оправе.
- Очень красиво. Спасибо.
- Не оденешь?
- Позже.
Соня закусила губу, пожала плечами и снова полезла в пакет.
- Вера - набор красок и палитра.
Я замялась.
- Соня, это очень дорогой подарок.
- А ты - замечательный человек. Лучший здесь. Бери, пожалуйста.
От уточнения про "здесь" мне стало неудобно. Я взяла коробку и, положив ее на колени, решила не открывать рот до конца представления.
- А это... - Соня выудила на свет зеленую пачку чая. - Тебе, братик. Успокаивающий. Заваривай перед сном. Или лучше с утра. И пей весь день.
- Соня, что ты опять натворила? - сухо спросила Маргарита Васильевна. - К чему этот цирк?
- Цирк? Нет, бабуль. Я ничего плохого не делала. И, кстати, не пересылай мне больше денег. Я неплохо заработала в этом месяце. Надолго хватит. До выставки.
Княгиня нахмурилась.
- Что случилось, Соня?
- Да ничего. Взяла и заработала. Что тут удивительного? Ну, мне пора.
- Соня, - дорогу ей преградил Михаил. - Куда ты опять влипла?
Художница подняла на него глаза и тихо, ровно ответила:
- Я никуда не влипаю.
- Ты уверена? Не как в прошлый раз?
- Когда ты избил ни в чем не повинного человека?
- Не повинного? Он тебя подставить хотел. Под статью. Ты забыла?
- Не забыла. И как ты его башкой об стену бил - тоже помню.
- Хватит! - резко оборвала их княгиня . - Соня, у тебя все хорошо?
- Да! И я опаздываю на свое "хорошо"! Я попозже обязательно приеду.
- Я буду тебя ждать, - Маргарита Васильевна кивнула внуку. - Миша, уйди с дороги.
Михаил, смерив сестру хмурым взглядом, отступил в сторону. Соня в дверях обернулась. Грустно посмотрела на брата и ладошкой похлопала его по груди.
- Извини, Миш. Но ты сам виноват.
Он ей ничего не ответил - сделал вид, что ничего не слышит. Соня вздохнула и помахала нам.
- Пока, ба. Пока, Вера.
- Пока, - эхом отозвалась я, и в столовой надолго воцарилась тишина. Со двора было слышно, как скрепят на колее шины.
Михаил протер лицо руками. Княгиня взяла чашку с чаем и, поднося ее к губам, произнесла спокойно:
- Оставь ее в покое, пожалуйста.
- Она опять что-то придумала, - Миша обошел стол и занял свое место. - Я не понимаю, как с ней себя вести. Она - дура.
- Миша, хватит. Она разберется сама.
- А если нет?
- Значит, разберусь я.
- Тебе это надо?
- Надо. Тебе не надо.
Михаил раздул ноздри, искоса посмотрел на бабушку, которая с невозмутимым видом пила чай.
- Она живет за твой счет.
- Это мои деньги и мое дело. Не твое.
- Ясно, - Михаил, не успев сесть, оттолкнулся от стола и встал. - Пойду, пройдусь.
Маргарита Васильевна промолчала, но когда внук вышел, вздохнула и отставила чашку.
- Извини, Вера. Мне неприятно, что все это произошло у тебя на глазах.
- Это семья, - я пожала плечами. - Большая семья.