— Просто устала, — отмахнулась Вера. — Не высыпаюсь.
— Тогда, может, прогуляемся? — предложил Риан. — Я как раз закончил тренировку. Покажу тебе окрестности.
Вера хотела отказаться. Хотела сказать, что ей надо в храм, что она занята, что не хочет ни с кем разговаривать.
Но вместо этого кивнула:
— Хорошо.
Они пошли по тропинке, огибающей лагерь.
Некоторое время шли молча. Вера думала о том, как странно вот так просто идти рядом с кем-то, кто не требует ничего, не ждёт подчинения, не обещает боли. Риан, кажется, не чувствовал неловкости — он просто шёл, вдыхал воздух, иногда поглядывал на неё с лёгкой улыбкой.
— Ты давно здесь? — спросил он наконец.
— В лагере? Нет. В этом мире — уже много циклов.
— Я помню, как вы появились, — кивнул Риан. — Три землянки. Это было событие.
— Событие, — усмехнулась Вера.
— Но вы справились. Особенно Надя. — В его голосе прозвучало уважение. — Она прошла такое... не каждый воин выдержит.
— Надя сильная, — согласилась Вера.
— А ты? — Риан посмотрел на неё. — Ты сильная?
Вера задумалась.
— Не знаю, — честно ответила она. — По-другому, наверное. Я не воин.
— Не обязательно быть воином, чтобы быть сильной. — Риан остановился, сорвал травинку, покрутил в пальцах. — Сила бывает разной. У Нади — сила гнева и любви. У Любы — сила нежности и терпения. А у тебя...
— Что у меня?
— Ты ещё не нашла свою силу, — просто сказал он. — Но она есть. Я чувствую.
Вера посмотрела на него с удивлением. Таким она Риана не знала — обычно он был просто "зелёным воином", другом Нади, частью общего фона. А сейчас говорил о ней так, будто видел глубже.
— Откуда ты знаешь? — спросила она.
— Я зелёный, — улыбнулся он. — Мы чувствуем эмоции. Это наш дар. Ты сейчас как потухший костёр — внутри ещё тлеют угли, но сверху всё серое. Такое бывает, когда человек потерял что-то важное.
Вера отвернулась, чтобы он не видел её лица.
— Ничего я не теряла, — глухо сказала она. — Просто устала.
— Усталость — это не серость, Вера. — Он тронул её за плечо — легко, осторожно. — Но я не лезу. Если захочешь рассказать — я послушаю.
— Зачем тебе это? — Она повернулась к нему. — Я тебе никто. Просто знакомая.
— Затем, что мне не всё равно, — просто ответил Риан. — Мы живём в одном мире. Вы — первые землянки, которые стали частью нас. Это дорогого стоит.
Они пошли дальше. Тропинка вилась между скалами, выводя к небольшим водопадам, о существовании которых Вера даже не подозревала.
— Красиво здесь, — сказала она, глядя на переливающуюся в розовом свете воду.
— Моё любимое место, — признался Риан. — Когда я был молодым воином, часто приходил сюда после тяжёлых тренировок. Садился вон на тот камень и слушал воду.
— И что, помогало?
— Да. Вода смывала усталость. — Он усмехнулся. — Глупо, наверное, звучит?
— Нет, — покачала головой Вера. — Не глупо. У каждого должно быть место, где можно быть собой.
— А у тебя есть такое место?
Вера замерла. Место, где можно быть собой... Раньше она думала, что это цитадель. Что там, с ним, она наконец стала собой настоящей. А теперь не знала.
— Было, — тихо ответила она. — Теперь не знаю.
Риан не стал расспрашивать. Просто сел на камень у воды и похлопал рядом, приглашая.
— Посиди со мной, — предложил он. — Просто так.
Вера села.
Они сидели молча, глядя на водопад. Вода падала в небольшое озеро, поднимая радужные брызги. Где-то пели птицы. Ветер приносил запах цветов.
— Ты когда-нибудь любил? — вдруг спросила Вера.
Риан удивлённо посмотрел на неё.
— Любил? — переспросил он. — Да. Один раз. Очень давно.
— Что случилось?
— Она погибла. — Голос его стал тише. — В одной из стычек с Кровавыми. Я не успел.
— Прости, — выдохнула Вера.
— Давно было, — покачал головой Риан. — Боль притупилась. Осталась только благодарность за то время, что мы были вместе.
— И ты не хочешь снова? Любить?
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Хочу, — просто ответил он. — Но не тороплюсь. Любовь не та вещь, которую можно заставить.
— А если она придёт к тому, кто не готов?
— Тогда придётся выбирать. — Риан пожал плечами. — Бежать или принимать.
Вера смотрела на воду, но видела перед собой фиолетовые глаза.
— А если бежать — правильно? — спросила она.
— Не знаю, Вера. — Он повернулся к ней. — Я знаю только одно: если любишь по-настоящему, от этого не убежишь. Рано или поздно вернёшься.
— Или потеряешь себя.
— Потерять себя в любви? — Риан покачал головой. — Настоящая любовь не забирает, она даёт. Ты становишься больше, а не меньше.