Внезапно Мирия услышала непонятный шум, подобный собачьему лаю, а затем Ринк скатился с нее. Ей потребовался долгий миг, чтобы понять, что ее лицо и туловище покрывает что-то липкое и влажное. Она села и бесцеремонно использовала свою рясу, чтобы стереть слой жижи. Придя в себя, Сестра Битвы бросила взгляд на лежавшего рядом с ней Ринка — у того не было головы.
Верити вышла из тени с болтером Изабель в руках — дым завитками выходил из дула. Оружие странно выглядело в ее руках, фактически оно являлось оскорблением для девственно белой одежды госпитальера.
— Он…
— Мертв? — Мирия, морщась от боли, встала на ноги. — Полагаю, что да. — Она стояла, слегка пошатываясь, и Верити, видя, что опасность миновала, опустила болтер. — Что с сестрой Изабель?
— Ранена. — Верити не отводила взгляда от обезглавленного мужчины.
— Ты прежде лишала кого-либо жизни, сестра?
— Я… — Взгляд ее остекленевших, пустых глаз не сходил с трупа. — Я много раз даровала Покой Императора всем, кто нуждался в нем… Но никогда… Я никогда…
— Никогда сама лично не убивала в бою из настоящего оружия? — Мирия откашлялась и сплюнула кровь. — Тогда мне повезло, что ты помнишь то, чему вас учили. Чуть в сторону — и этот выстрел достался бы мне, а не ему.
Аккуратно подталкивая ее, селестинка провела госпитальерку туда, где на каменном полу лежал губернатор Эммель.
В привычном деле Верити действовала куда более умело — она прощупала пульс, затем использовала похожее на ауспик устройство, чтобы определить состояние мужчины. И нахмурилась.
— Мы не можем унести его отсюда, сестра. У него внутренние повреждения, которые можно лишь усилить, если попытаемся переместить тело.
— Оставлять его здесь тоже нельзя, это небезопасно.
— Ты должна вызвать спасательное средство, чтобы забрать его и доставить в госпиталь. Если хирургеон его не осмотрит, он может погибнуть. — Госпитальерка мотнула головой в сторону собора: — Иди за помощью. Я останусь здесь и прослежу за ним.
Волоча за собой раненую ногу, к ним приблизилась бледная Изабель.
— Она права, старшая сестра. Колдун все еще в башне. Пока он здесь, каждый его вздох оскорбляет Бога-Императора.
— Ты можешь сражаться? — спросила Мирия, взглянув на нее.
— Стоило спрашивать? — Изабель взглянула на кровавую рану от лазера на бедре. — Всего лишь комариный укус. Все не так плохо, как кажется.
— А что насчет тебя? — Сестра Мирия вернулась к Верити. — Вауна не застать врасплох, как этого головореза. Псайкер тебе не по зубам.
Госпитальерка вызывающе посмотрела на нее.
— Поторопись, и тогда мне не придется это делать.
Мирия молча кивнула в знак согласия и протянула ей лазган мертвого преступника.
— Возьми. Пока мы не можем дать тебе ничего лучше, — сказала она, отдавая его Верити. — Используй при необходимости.
— Но ты же сказала, что я не способна бороться с Вауном.
Селестинка покачала головой.
— В оружии осталось только два заряда. Если Ваун появится, советую подарить Покой Императора добропорядочному губернатору и себе. — Она подняла с пола свой плазменный пистолет и пошла прочь. — Это лучшая судьба, чем позволить этому животному осквернить твой разум.
Колдун выплыл из удушливого тумана часовни; сгустки горящего воздуха переливались на кончиках его пальцев. Он метнул ленту огня в представителей знати и начал размахивать ею, подобно тому как госпожа репентисток орудует нейрохлыстом. Люди вспыхивали кричащими факелами, когда пламя касалось их тел или одежды. Позади Вауна шли его люди, добавляя жара к колдовскому пламени.
— Они приближаются! — крикнула Галатея. — Оружие к бою! — Она прочитала короткую литанию, направив сестер, каждая из которых шептала молитву благословения своему оружию.
Порция вскинула свой болтер. Рейко, взявшая неудобную декоративную винтовку у мертвого гвардейца из почетной стражи, поступила так же, но сервиторы-стрелки и остальные вооруженные люди перемешались в беспорядочной панике. Медлительные сервиторы, чьи реакции не сильно отличались от простейших животных рефлексов, попали под огненные заклинания Вауна и сгорели на месте. Магазины с боезапасом взрывались с громким стрекотом, вдребезги разнося конечности и туловища механических рабов. Телохранители и часовые потеряли самоконтроль, столкнувшись с псайкерскими губительными силами Вауна, ломая ряды и делая себя отличными мишенями для его убийц.
Полосы огня жужжали над головой Галатеи, как мухи, затрудняя схватку. Спустя миг, понадобившийся на то, чтобы привести оружие в порядок, Сестры Битвы вступили в бой, но тогда как люди Вауна стреляли больше для эффекта, канонисса и ее воительницы рассчитывали каждый выстрел. Любой выпущенный снаряд должен был найти свою цель. Они не могли позволить себе тратить более чем один драгоценный болт на каждого нападающего.