— Как я пойму, что всё закончилось? — спросила я, повернув голову в ее сторону.
— Уже? — удивилась та. — Ты слышишь меня?
— Да.
Она недоверчиво хмыкнула, вышла и вскоре вернулась со служащим.
— Как часто такое происходит? — услышала я ее вопрос, когда дверь открылась.
— Сейчас проверим на другой сфере… — задумчиво протянул служащий. Он снял с меня артефакт, положил его обратно на полку и надел другой, принесенный с собой. — Приношу извинения за неудобства. Придется повторить процедуру.
— Не самая приятная процедура, замечу, — пробормотала я сквозь зубы.
— Прошу прощения. Придется повторить.
Я напряженно вздохнула.
— Вы готовы? — На этот раз служащий остался в кабинке.
Можно ли быть готовой вновь испытывать боль раз за разом? Мое пребывание в раю всё больше напоминало пытку. Всё повторилось: свет, томительное ожидание и жизнь, промелькнувшая перед глазами. Возможно, из-за повторения восприятие стало более отстраненным, механическим, и на мгновение мне стало стыдно от этого осознания. Когда всё закончилось моей смертью, я еще какое-то время сидела, погруженная в мысли. Если смерти нет, я выжила — в какой-то форме — значит, где-то были Сережа и Егор. Я должна была найти их.
— Я готова.
— Она в сознании? — уточнила наставница.
— Я вас слышу.
— Что это значит? — в ее голосе вновь прозвучало удивление.
— Не уверен, — служащий озадаченно снял сферу и осмотрел ее. — Не могли бы вы описать ощущения в первый и второй раз?
— Всё то же самое: сначала яркий свет и странное тянущее чувство, минут пятнадцать, может больше. Потом моя жизнь, от рождения до смерти.
— Только одна? — переспросил служащий.
— Одна. Та, которую я знаю.
— И во второй раз всё повторилось?
Я кивнула. Они переглянулись.
— У меня только одно объяснение, — начал служащий. — Новая душа, пережившая лишь одно пришествие. — Он развел руками.
— Новые души не перерождаются в… — возразила наставница, снова произнеся некий несвязный набор звуков вместо последнего слова.
— В кого? — переспросила я, начиная раздражаться.
— Нам надо идти, — кивнула служащему девушка, проигнорировав мой вопрос.
Когда мы вышли на улицу, светило солнце.
— Сколько мы пробыли там? — спросила я, разглядывая ярко освещенную площадь. Время здесь, казалось, подчинялось иным законам.
— Недолго, — ответила девушка. — Время внутри сферы воспоминаний обманчиво. Тебе может казаться, что ты пережила десятки жизней, а прошло всего несколько минут. В твоем случае — меньше минуты. Не успел служащий выйти, как ты пришла в себя. Это можно было бы объяснить молодостью твоей души, но как… — она замолчала, погрузившись в раздумья. «Наконец-то она заговорила», — промелькнуло в голове у меня.
— Зайдем в Канцелярию, — растерянно выдохнула наставница. — Придется действительно всему тебя учить. — Мы пересекли шумную площадь и свернули на тенистую аллею. — Слушайся меня и не отставай. Мне некогда нянчиться с тобой. Итак, мой юный… — начала девушка, но я вновь не смогла разобрать, что она сказала.
— Что, прости?
— Забудь, я пыталась пошутить…
— Нет, погоди, — перебила я. — Это уже не в первый раз. Сначала я думала, что дело в шуме. Но даже в тишине я не могу разобрать некоторые слова. Вместо них — какая-то абракадабра. Но все остальные вроде понимают.
— А, понимаю. Слово… ты не слышишь? — и снова из ее речи выпало некое слово.
— Да! Вот опять!
— Такое бывает, когда какое-то понятие не укладывается в твоем сознании. Ты ведь знаешь, что я сейчас не говорю на твоем языке? — она повернулась ко мне на ходу. Мы шли окруженные щедетом птиц.
— Древняя магия… Мне рассказывали в Преддверии.
— Верно. Все понятия, которые ты слышишь как бы переводятся твоим сознанием на понятный только тебе лексикон. Например, это место — Преддверие — которое ты только что назвала, наверняка для меня звучит как-то иначе. То, что ты слышишь в местных названиях и понятиях, формируется на основе твоих знаний, религии и культуры. Так звучит перевод, понятный именно твоему разуму. Чем больше пришествий ты пережила, тем больше твоя душа знает. К сожалению, сейчас мы можем опираться только на знакомые тебе понятия из единственной прожитой тобой смертной жизни. Осложняет все и то, что твоя душа впервые оказалась в посмертии. Поэтому я считаю, что здесь произошла какая-то ошибка. Новые души не перерождаются в… — она снова произнесла загадочное слово и, видя мое недоумение, продолжила: — В разных религиях этих существ называют по-разному… — она перечислила несколько слов, но каждое из них было для меня пустым звуком. — Услышишь, когда поймешь, о чем речь. А являемся мы в образе наставников, советников смертных или, иногда, вредителей. Вот тебе распространенный образ: у каждого смертного в одно ухо шепчет ангел, в другое — демон.