Я медленно поплелась к лестнице и спустилась во двор. Опустилась на бетонные ступеньки крыльца, но не почувствовала их холода. Я подняла голову. В окнах горели огни — желтые квадраты чужой жизни. Эти люди не замечали меня, не знали о другом мире, что существовал рядом с ними и незримо воздействовал на них. Не знали о том, что когда-то они уже были в раю. Что являются частью этого круговорота. Что их жизнь не заканчивается смертью. И я была такой совсем недавно. Я вспомнила как размышляла стоя под душем в номере Егора о том, как круто поменялась моя жизнь, как я хотела испытать что-то новое. Наивная…
Из-за тёмного силуэта деревьев вышла Лей, прервав мои размышления. Она явно торопилась.
— Ты здесь? А Луций? — спросила она, когда я встала ей навстречу.
— Ушел. Изгнал призрака. У меня ничего не получилось, — отчиталась я усталым, монотонным голосом. — Как и с фужером, в смысле с твоим заданием.
— Жаль, что ты еще не умеешь быстро перемещаться, — пробормотала она себе под нос. Не слушая меня, она посмотрела на запястье, сняла с пояса компас и побежала вперед.
Я бросилась вдогонку. Скоро дыхание стало сбиваться. Однако, казалось, Лей, бегущая впереди, не знала усталости. Я поймала себя на мысли, что должно быть дышала по привычке, и мне это было не нужно. Я попробовала задержать дыхание, но скоро старый рефлекс заставил меня вдохнуть снова. И я бросила эту идею.
Мы мчались сквозь городскую ткань, как призраки: сквозь стены домов, машины и людей. Каждый раз меня передергивало от этих столкновений. Но делать было нечего. Мы торопились.
Скоро показался дом, где был портал, из которого мы вышли ранее. Лей вбежала первой, с разбега нырнув в низкое зеркало в темной кладовке. Зеркальная гладь пошла рябью. Я все еще не успела привыкнуть к таким метаморфозам. Поэтому притормозила перед порталом и, нагнувшись, закрыла глаза и перешагнула через раму.
Вынырнув с другой стороны, я едва не налетела на Лей. Мы наконец вернулись. Я согнулась пополам, хватая ртом воздух. Лей с лёгким удивлением обернулась. К нам уже подходил стражник в латах, в его руке поблескивала знакомая печать. Молча, он провёл ею сначала по запястью Лей, потом по моему. Метка исчезла, стоило печати коснуться кожи.
Глава VIIII
— Это вам. — Рыцарь протянул мне бархатный конверт цвета ночного неба. Его края были отделаны тонкой серебряной нитью. На латной перчатке он выглядел словно драгоценность.
Конверт был уже вскрыт. Я перевернула его в руках. На обратной стороне, филигранным почерком, были выведены слова черными сияющими чернилами: «Резиденция леди Алессандры и мастера Керна. Вере Васильевой. Лично в руки.» Заглянув внутрь, я обнаружила ключ. Холодный, отливающий сталью с витой головкой в виде трилистника.
— Отлично! Твой ключ уже готов, — Лей взглянула на конверт в моих руках, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на детское предвкушение. — Я провожу тебя.
Мы покинули тесную комнатку, оставив за спиной служащего, отмечавшего наше возвращение в книге учета. Приблизившись к высокой дубовой двери, ведущей в главный холл Дворца Порядка, я различила знакомый гул — шаги сотен ног и приглушенные голоса. Дверь распахнулась. Здесь, под высокими сводами, как всегда было людно, светло и… уютно. Странно, но этот шумный, величественный зал уже начал казаться мне родным. «Вот так быстро?» — с удивлением подумала я.
— Это был до-олгий день… — протянула я, непроизвольно потирая шею, пока мы шли к выходу.
— Это был первый день, — Лей усмехнулась. — Как всегда. И в жизни, и в смерти. Первый день — он самый длинный.
— У меня еще столько вопросов, но, кажется, сил уже нет во всем разбираться…
Мы вышли на улицу, и рай встретил нас ласковым, обволакивающим теплом, лёгким ветерком, пахнущим цветами и свежестью, и бескрайним лабиринтом зеленых аллей, с выныривающими над кронами серебряными крышами административных построек.
— Не торопись, — ободряюще сказала Лей, когда мы остановились у подножия главного фонтана. Брызги прохладной воды, переливающиеся всеми цветами радуги, попадали мне на лицо и руки. Я зевнула. — У нас много времени. Тебе нужно отдохнуть. Помнишь, я говорила, что супримы тратят много энергии, используя способности? — спросила она. Я лишь устало промычала в ответ, опустив ладонь в чистейшую воду. На дне, выложенном бело-голубой мозаикой, сновали пухлые карпы — алые, как закат, и золотые, как само солнце. — Тебе нужно восстановить силы. Попробуй, поспать или поесть любимое блюдо, когда придем к тебе. Подумай о доме, и пойдем, когда будешь готова, — предложила Лей. — Первое посещение дома — это одно из самых сильных впечатлений после смерти!