— Что за?.. — выругался голос перед моим носом.
Тень, упавшая на лицо, позволила мне различить очередного безликого разбойника в тряпках. Небрежно оттолкнув меня с прохода, он ушел в темноту коридора.
— Еще одна… — послышался недовольный голос. — Что надо?
— Вы Мобрэй? — спросила я, прищурившись, оглядывая маленькую грязную комнату. В обшарпанных креслах сидели двое головорезов. За широким столом, заваленным бумагами, картами и бутылками, сидел мой собеседник. В ответ он промолчал, лишь переведя тяжёлый взгляд на своих ребят.
— Что тебе нужно? — переспросил он, откидываясь на спинку стула.
— Я хочу вернуть брата. По Суду он попал в ад. Я слышала вы возвращаете души оттуда, — объяснила я. Стоило мне озвучить свою просьбу, как разбойники потеряли какой-либо интерес ко мне.
— 30… — озвучил цену разбойник за столом. Однако часть его фразы я не расслышала. Уже знакомый эффект указывал на то, что я встретилась с очередным новым термином.
— Что? — переспросила я.
— Я неясно выражаюсь? — раздраженно вздохнул он. — 30…
— Что это? — рассердилась я вслед за ним.
— Твою мать, монеты это, деньги, бабки. Новая душа, что ли? — заревел он. Я кивнула. Разбойник тяжело вздохнул, потирая переносицу.
— Я слышу количество. Но не валюту… или что там у вас?..
Разбойник устало взглянул на меня исподлобья.
— Что это? — спросил один из его молчаливых спутников.
— Какой-то термин, придуманный при ее пришествии, — сипло ответил другой.
Видимо, о валюте здесь слышали впервые. Сидящий за столом вновь испустил протяжный, раздраженный вздох. Подняв перед моими глазами крупную монету размером с фалангу пальца, разбойник несколько раз раздраженно проговорил ее название, не доступное моим ушам. Однако меня больше заинтересовал сам предмет. Монета, очевидно, была сделана из эфира, и переливалась уже знакомым перламутровым светом. Чей-то профиль был вычеканен на стороне, которой она была обращена ко мне.
— …самая большая из монет, черт возьми. Большая. Великая. Грандиозная. Магнус. Магнус, черт побери, ты слышишь? — тряс он монетой передо мной.
— Слышу, — сухо ответила я.
— Наконец-то.
— Но у меня нет денег, — я развела руками.
— Это не мои проблемы.
— Я могу их как-то заработать? Просто во всем раю я еще ни разу не сталкивалась как бы… с товарно-денежными отношениями, — растерялась я, осознавая абсурдность обсуждения деталей в подобной ситуации.
— В раю их и нет. Вместе этого статусы, — встрял сиплый головорез. Он поднял руку и указал пальцем на ладонь, на которой виднелся красный отпечаток семени жизни. Я опустила взгляд на свой желтый отпечаток на ладони. — Статус что-то дает… или забирает.
— Но вам нужны деньги? — развела я руками. — Где я возьму их тогда?
— Продай что-нибудь, — покачал головой разбойник за столом, устало потирая глаза. — Урок окончен, короче. Деньги в обмен на душу, ясно? Такие условия. Никаких скидок и «договоримся». 30 магнусов. Деньги вперед. И запомни: гарантий мы не даем. Что бы ни случилось, деньги остаются за нами. Потеряли след, или душу успели отправить на переработку — мы все равно получаем деньги, а ты забываешь сюда дорогу.
— Когда вы сделаете это?
— Мы сообщим, — коротко бросил он, не отрывая тяжёлого взгляда.
— Мне нужна конкретика, — попросила я. Разбойники переглянулись. — Я готова доплатить за срочность.
— На следующий переброс уже не успеем, — потянулся разбойник и почесал себе живот. — Хочешь быстрее? 90 магнусов за персональную доставку, — добавил он и вытянул ко мне открытые ладони.
Нервно почесав руку, я согласилась. Со мной попрощались до тех пор, пока я не найду деньги.
Я вышла на слабо освещенную улицу. Когда я проходила знакомым маршрутом, в темном переулке, кто-то поймал меня за руку и молил о помощи. Помня уловки, в которые попадала здесь сегодня, я вырвалась и прошла мимо. Но стоило мне сделать пару шагов, как мне стало непосебе. Я стала вести себя совершенно также, как местные жители, которых я корила за безразличие. Но что, если тому несчастному действительно нужна была моя помощь. Я вернулась к темному переулку, но никого не нашла. И так и ушла с тяжелым сердцем.