Лей также быстро вернулась обратно. Воздушный поток оттолкнул меня, когда она приземлилась рядом.
— Итак, мы пользуемся для передвижения либо общественным транспортом, либо полетом — который я только что продемонстрировала, — либо призывом: твари, машин, вещей, что хочешь. Главное — это скорость. Предстоит сложное задание — энергию лучше поберечь и воспользоваться общественным транспортом. Но у нас с тобой из-за ограничения по времени небольшой выбор… О, нет, — резко осеклась Лей и отвернулась, прикрыв ладонью лицо.
— Что такое? — удивилась я.
— Там… — сквозь зубы процедила Лей, её уши покраснели.
— Что? — завертела я головой, пытаясь понять, что ее так смутило.
— Мой бывший, — еле слышно прошептала она.
— Где? Где? — не удержалась я, выискивая потенциального «бывшего» в толпе прохожих.
— Да не ори ты так, — зашипела Лей и густо покраснела. Рядом раздался сдавленный смешок Луция. — Господи, я лет… 100 его не видела, — еще тише проговорила девушка. Поглощенная своими мыслями, она уже не замечала ничего вокруг. Подняв глаза на мгновение, она бросила взгляд куда-то в толпу студентов, что толпились у входа в общежитие УрФУ на другой стороне дороги, и быстро отвернулась ко мне.
— Серьёзно, 100 лет? — улыбнулась я, не понимая метафора ли это была или действительность, которой жили бессмертные супримы.
Лей промолчала. Уголки ее губ еле заметно вздрогнули.
— Ну что? Он полысел, потолстел, правый глаз косит, левый дергается? — подначивала я ее и тут же осеклась. Луций давился от смеха рядом. — Луций, отойди! Ты на меня плохо влияешь!
— Нет, дурочка! — ответила она. — Супримы внешне не стареют. О, нет… Он заметил нас…
Наконец, и я заметила его. Навстречу нам шел высокий чернокожий мужчина. Его лицо почти полностью скрывала опущенная на глаза серо-голубая фетровая шляпа, из-под которой виднелась короткая, жесткая щетина, обрамляющая полные губы. Молочная льняная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами обнажала его волосатую грудь. Мужчина подошел к нам вплотную. Одна рука в кармане, прижимает к телу коричневый кожаный кейс, другая игриво перебирает монетку меж пальцев.
Суприм приподнял шляпу указательным пальцем и улыбнулся, окинув взглядом нашу разношерстную компанию. Его взгляд задержался на китаянке.
— Эш, — представился он, и захватив пальцами край шляпы, скользнул по нему от уха до уха. — Вера, верно?
Я кивнула.
— Луций. Лей, — поприветствовал он моих спутников.
— Останься, — предложил, довольно улыбаясь, некромант. — Мы учим Веру летать.
Эш взглянул на запястье, и неторопливо прислонился спиной к стене.
— Итак... О чем это я, — растерялась Лей, прокашлялась и хмурясь продолжила: — Попробуй любой из вариантов: полёт или призыв ездового. Ездовой у каждого свой и ограничен лишь твоей фантазией.
— Например, у меня это аквамариновый «Форд Мустанг», шестьдесят девятого, — вставил Луций, внезапно возникая перед моим лицом.
— Он как бы является частью тебя, — продолжила Лей, игнорируя некроманта. — Это метаморфозы твоей оболочки. То же, что и изменение одежды. Представляешь себя верхом на жеребце, и — вуаля! — она взмахнула тонкой рукой Лей и быстро осеклась. — Не самый мой любимый способ…
— Почему? — спросила я.
— Из-за того, что он является частью тебя, как говорит Лей, связь с ездовым может быть нестабильной, — ответил бархатным голосом Эш. — Тварей трудно приручить, машины могут глохнуть. Кому понравится, когда ездовой исчезает из-под тебя где-нибудь над обрывом или городской грязной лужей.
— Понятно, — протянула я, кивая головой. — Если ты в конфликте с собой, призыв — не лучший вариант.
— Именно! — похвалила меня Лей и украдкой посмотрела на Эша. — Раз ты поняла принцип, будем пробовать полет. Тебе надо сконцентрироваться на движении и дороге. Знаю, ощущения могут быть странными в первый раз, но как только получится первый раз — ты быстро привыкнешь.
Наставница сделала шаг в сторону, взмыла в воздух и, легко паря над землей, опустилась на нижнюю ступень крыльца магазина в метрах от нас.
-— Сосредоточься на ощущении движения в пространстве, — объяснила она, возвращаясь ко мне. — Представь, что паришь над землей — вон до того перекрестка, — указала она на фонарный столб на углу проспекта Ленина и улицы Чехова.
Я глубоко вдохнула, провела мысленную параллель со своей целью и подпрыгнула. На миг я, кажется, почувствовала лёгкость, но тут же под тяжестью гравитации рухнула на землю и пробежала пару шагов.
— Так далеко мы не убежим, — смеясь, догнала меня Лей и зависла в воздухе рядом. — Забудь о физике — она больше не действует на тебя. Ты легче перышка и быстрее ветра.