— А я уже было начала думать, что Орден сотрудничает с отступниками, — запуталась я.
— Нет! Ни в коем случае! — отрезала Лей. — Это возможно только в аду. В раю деятельность отступников порицается. Ты просто еще многого не понимаешь.
— Октавиан говорил мне сегодня, что отступники помогают сохранять тайну существования нашего мира. Орден с ними контактирует. Сотрудничает, в общем, — вспомнила я.
Лей открыла рот и замерла, потеряв дар речи. Луций расхохотался в голос.
— А я о чём? Ты многого не знаешь, дорогая. — Он вытер выступившую слезу. — Разве ты не контролируешь смертных, когда выполняешь задания Вестника?
— Нет… ну… это другое, — замялась Лей. — Задания Вестника непреложны. Это высшие указания, природу которых мы не до конца понимаем. А отступники действуют из собственных соображений. Супримы не имеют права вмешиваться в жизни смертных, не имеют права решать за них!
— Ребята! — я остановилась у деревянной двери с драконом на ручке. — Хотите зайти?
— Здравствуйте, Вера, — раздался за спиной мягкий, знакомый голос.
Я обернулась и встретилась с тёплым взглядом Филиппы. Она широко улыбалась.
— Пиппа! — я бросилась её обнимать. Девушка радостно захихикала. — Что ты здесь делаешь?
— Иду к вам, — ответила она, сияя. — Меня назначили служить в вашем доме.
— О, нет… Серьёзно? — я взволнованно подняла брови. — Октавиан правда это сделал? Прости, Пиппа, я говорила ему, что согласна, только если ты будешь не против!
— Я очень рада своему назначению, Вера! — залилась звонким смехом девушка.
Лей перевернула мою руку ладонью вверх.
— Так вот в чём дело… — протянула она, увидев голубую метку. — Магистр продвинул тебя.
— Видимо, из-за новых способностей, — попыталась оправдаться я.
— Эй, вы! — услышали мы чей-то разъяренный крик издалека.
И все разом повернулись. К нам широкими шагами приближался высокий молодой человек, не отводя сурового взгляда от Филиппы.
— Да, вы! — выкрикнул он, завладев нашим вниманием. — По какому праву вы заменили мою семью?!
Мы с Пиппой переглянулись.
— Объясните, пожалуйста, — мягко попросила девушка. — В чём дело?
— Моя очередь на перерождение уже совсем скоро! — мужчина приблизился вплотную, сверкая глазами. — И тут выясняется, что семью, в которую меня определили, заменили! Меня отправляют куда-то в Индию! Новая семья ни по каким параметрам не сравнится с прежней! — Он задыхался от гнева. — Я так и знал! Я слышал эти россказни о вас, но не верил!
— Какие? Какие россказни? — подначивал Луций, вынырнув из-за моей спины и положив руки мне на плечи. Его глаза азартно блестели.
— Такие, что кому-то из родственничков магистров отдали мою хорошую семью! — взмахнул рукой мужчина. — А мне подсунули замену по остаточному принципу! Да как вам не стыдно?!
— Всякая семья хороша. На то она и семья, — спокойно ответила Пиппа, сдвинув брови. — Возможно, вы будете счастливее в той, что вам назначили.
— Нет, спасибо. Верните мне старую! — не унимался пострадавший.
— Мне жаль, но я не могу. Не я принимаю такие решения, — Пиппа с сожалением развела руками.
— Но вы всё равно стоите тут и поддерживаете своё начальство! — заорал он.
— Успокойтесь. — Я шагнула вперед, заслоняя маленькую служащую. — Вам уже сказали, что ничего нельзя изменить. Не портите настроение ни себе, ни другим, и работайте с тем, что есть.
— А я не хочу с этим работать! Я ещё разберусь с вами. Я всем расскажу! — он побагровел, резко развернулся и зашагал прочь.
— Нужно было дать ему проораться на меня, — тихо сказала Пиппа, поворачиваясь ко мне. — Он бы успокоился, и никто другой не пострадал. А теперь он будет примешивать свой голос к нелестным разговорам об Ордене. Ещё и вас впутает. — Она обвела взглядом нас троих.
— Пиппа, ты не должна одна отдуваться за проколы Ордена, — покачала я головой.
— Может, зайдем внутрь? — предложила она, смущённо улыбнувшись и оглядываясь на прохожих. — На нас все смотрят. Очень неловко.
— Согласен. Я хочу есть, — заявил Луций.
Я ухмыльнулась и провернув ключ в замке, дернула на себя ручку с драконом.
Мы поднялись по пригорку к дому. Луций, изображая неимоверную усталость, пыхтел и задыхался.
— Всё тут, конечно, очень… природненько, но обязательно было наворачивать эти холмы? — ворчал он, картинно хватаясь за сердце. — Я устал изображать одышку!
Я захихикала.
— Так не изображай, — закатила глаза Лей.
Луций без энтузиазма окинул взглядом бревенчатый дом и, фыркнув, первым вошел внутрь.
— Надеюсь, у тебя просто не было времени на переделку, — бросил он, с ходу плюхаясь на стул в узком проходе между столом и сервантом, в котором стояла посуда. Но тут же, издав звук омерзения, вскочил и передвинул стул к центру стола, перегородив всем проход.