Я удивленно посмотрел на свой занесенный кулак. Еще бы мгновение, и… меня прошиб холодный пот.
Я медленно опустился на пол у двери и беззвучно зарыдал. Как это остановить? Как спасти жену и ребенка?
- Пап, мне страшно, – прошептала Настя.
Дочка открыла дверь и нерешительно остановилась передо мной. Русые волосы свободно лежали на плечах, усталое лицо осунулось, и Настя стала выглядеть гораздо старше. Одетая на ней зеленая футболка с нарисованной смешной пчелкой заставила меня улыбнуться. Довершила нехитрый наряд потёртые джинсы.
- Ты зачем вышла? – строго спросил я.
- Мне страшно.
- Ладно, иди сюда.
Дочка обняла меня и крепко прижалась. Если вирус настолько вирулентен, то жалкая дверь для него не преграда.
Мы сидели за столом и пили чай. Я задумчиво наблюдал за дочкой. Девочка в отличие от меня нормально поспала и чувствовала себя лучше. Мне бы так.
- Нам надо уходить.
Настя вздрогнула и удивлённо посмотрела на меня большими зелеными глазами.
- А как же мама? – спросила она.
- Я… я не знаю.
- Это же мама! – воскликнула дочка.
- Тише! – зашипел я. - Хочешь, чтоб сюда полгорода прибежало?
За прошедшие дни зараженные установили свой порядок, и уже не могло идти речи о простом набеге на продуктовый магазин. Они каким-то образом чуяли тех, кто еще не инфицирован и набрасывались, словно муравьи на добычу. Я из окна видел, как толпа растерзала убегавшего парня, он успел убить человек пять из своего пистолета. Его полные ужаса вопли потонули в яростных криках инфицированных. Разномастная стая в едином порыве уничтожила человека. Когда они разбрелись по округе, на месте бойни осталось небольшое кровавое пятно и обрывки одежды.
Я замер, не донеся кружку до рта. Шальная мысль попыталась ускользнуть от меня, но я схватил плутовку за хвост. Витя. Сосед сначала был нормальным. То есть он, скорее всего уже инфицировался, но вирус не мог контролировать его полностью. Значит, вирусу нужен был катализатор. Ярость – вот катализатор. Норадреналин вырабатывается надпочечниками, и вирус полностью начинает контролировать своего носителя. Это как раз и объясняет состояние жены. Она страдала почками, и поэтому вирусу было сложнее завладеть ею. А я еще и капельницы ставил, регулярно вымывая организм.
- Маму мы заберем с собой, – сказал я.
- Но она же…
- Она еще не стала… зомби – последнее слово я выдавил с трудом. – И мы найдем лекарство.
Слабая улыбка надежды озарила лицо Насти. Я встал из-за стола и пошел в комнату. Предстояло еще собрать вещи в дорогу набрать зарядов для парализатора, решить, что делать с Витей и его женой под дверью…
Посреди комнаты, чуть шатаясь, стояла Соня в ночной сорочке. Когда она увидела меня, ее воспаленные глаза зловеще сузились, превратившись в две красные полоски на бледном искаженном яростью лице.
Я замер в дверях и осторожно поднял руки перед собой.
- Соня, ты как?
Она вздрогнула от моего голоса и резко дернула головой, словно отгоняла назойливую муху.
Настя осторожно выглянула из коридора. Жена отстраненно посмотрела на дочь.
- Тебе кто разрешал выходить из комнаты? – спросила она. Голос вибрировал на грани истерики.
- Соня, я понял, как не превратиться в одного из них, – прошептал я. – Нельзя злиться. Слышишь, только не злись, пожалуйста. Сейчас я запру Настю в комнате, вот, смотри.
Я взял дрожащей рукой ладошку дочки и стал медленно отходить назад.
- А ты мне не указывай! – взвизгнула она. – Ты что, не мог нормально запретить ей выходить? Да что же ты за мужик такой? Тряпка!
Соня сорвалась на крик. Вдруг ее тело мелко задрожало и резко дернулось. Соня хищно оскалилась и бросилась на меня.
- Нет! Соня, нет! Прекрати! – закричал я, уворачиваясь от ее растопыренных пальцев.
Жена, ничего не слыша, пыталась меня укусить. Я поймал ее запястье и заломил руку назад. Локтем другой руки она попыталась ударить меня в лицо. Не удержавшись на ногах, мы вместе повалились на пол. В голове все вспыхнуло от удара затылком. Соня мгновенно перевернулась и оказалась сверху. Раньше ее гибкости я только радовался…
Вдруг жена дернулась, глаза закатились и она, обмякнув, просто повалилась на меня. Я аккуратно отпихнул Соню в сторону и медленно сел. Рядом стояла Настя с тяжелым железным термосом в руках, в ее глазах блестели слезы.
Я не знаю, есть ли у нас шанс победить этот вирус. Откуда он взялся, уже не имело значения. Для меня стало важным то, что я понял, как с ним бороться. А если обнаружена профилактика, то есть надежда найти и само лечение. Я на секунду бросил взгляд на сидящую рядом дочку. Настя с серьезным видом просматривала что-то на пленке ПК.