Но Миша не дает мне этого делать. Раздвигает мои ноги шире и вторгается в меня. Из груди вырывается крик. Давно у меня не было секса. Даже и не помню, когда в последний раз спала с мужем. Да и не хочу этого вспоминать.
Давыдов осторожно растягивает меня, чувствуя, как внутри меня всё сжимается. Через пару толчков меня накрывает оргазм. Такой яркий, острый и фееричный. Я кричу и падаю спиной на стол. Мужчина продолжает во мне двигаться, наращивая темп и я понимаю, что скоро кончу второй раз.
Так и происходит. Миша вытаскивает из меня свой пенис и выливается на мои бедра. Когда так делал Игорь, во мне всегда просыпалась брезгливость. Но сейчас мне кажется это таким сексуальным, эротичным. Пальцем рисую узоры по сперме, а мужчина с интересом за мной наблюдает.
Лежу на столе с задранным платьем до живота с оголенной грудью и размазанной спермой по бедру. Миша не может оторвать от меня взгляд, а мне так и хочется, чтобы этот голодный страстный взгляд никогда не сходил с моего тела.
Провожу ладонью по груди, опускаюсь ниже и задеваю клитор. Из меня вновь вырывается стон. Член Давыдова стоит торчком и мне это нравится.
Крепкие руки переворачивают меня животом на стол, по попе раздаётся смачный хлопок и в меня со всей силы врывается член. В этот раз всё длилось гораздо дольше. Пошлые звуки хлопков и хлюпанье смазки мне не кажутся развратными. Наоборот словно музыка в мои чувствительные уши.
Меня накрывает третий оргазм. Миша вытаскивает свой пенис и кончает мне на ягодицы. Со всех сторон я помечена им. И я чувствую, что это правильно…
Даже если меня кто-то осудит, что я замужем. Сначала нужно получить развод, а уж потом выстраивать новые отношения. Да, правила диктуют такой порядок. Но правила созданы, чтобы их нарушать. И это мой случай. Каждый человек стремиться к счастью. И если мой путь такой тернистый и изощренный, да будет так. Я приму его и с радостью буду двигаться по нему. В любом случае не откажусь от своего кусочка рая. Пусть даже закидают меня камнями.
Сейчас мне так хорошо, как никогда не было за всю мою жизнь. И пусть я не права. Но я заслуживаю этот миг моего счастья.
Мы теснимся на маленьком диванчике. Моя голова покоится на крепкой груди, руками глажу живот мужчины. Миша перебирает мои волосы и молчит. Говорить обоим совершенно не хочется. Всё понятно без слов. Нам так хорошо.
Платье валяется где-то на столе. Надеюсь я его не запачкала, ведь мне его ещё возвращать. Перевожу взгляд на настенные часы, неприятно напрягается низ живота. Мне пора.
— Миш, мне надо домой.
— Нет. Пока мы не поговорим, никуда не уйдешь.
— Мне действительно пора.
— Ты считаешь это нормальным, что после того, что сейчас было, просто взять и уйти? — приподнимается на локте мой начальник.
— Миш, давай завтра. Я тебе на работе всё объясню.
— Завтра суббота.
— Значит в понедельник поговорим, — феерический секс смешал все мои мысли, а уж дни и подавно.
— Нет, так долго ждать я не намерен, — припечатывает меня своим взглядом Давыдов к дивану.
Миша поднимается и голышом подходит к столу. Я любуюсь открывшемся видом. Подтянутое тело так и приковывает мой взгляд, а мозги вновь превращаются в кашу. Мои глаза ласкают каждый миллиметр кожи, пытаясь записать эту картину в мою память навсегда. В одинокие ночи будет что вспоминать.
Давыдов со стола поднимает пиджак, вытаскивает из внутреннего кармана маленький блокнот с ручкой, которые он носит всегда с собой. Что-то пишет и протягивает мне.
— Здесь мой адрес. Завтра в любое время жду у себя. Если до вечера ты не появишься, значит жди меня в гости. Понятно?
— Хорошо. Завтра буду, — забираю листочек и кусаю губы. Я верю, что Михаил заявится ко мне домой, если я проигнорирую его приказ. Просьбой это точно не назовешь. Как-то придется выскользнуть из квартиры, чтобы лишний раз не скандалить с Игорем.
Поднимаюсь с дивана, нахожу свои вещи и неохотно надеваю. Миша помогает застегнуть мне платье и снова целует. Я растекаюсь лужицей. Жесткий совершенный рот просто выбивает из меня почву.
Давыдов меня отпускает, и я на ватных ногах подхожу к двери.
— Подожди. Я вызову нам такси.
— Нам? — поворачиваюсь обратно к мужчине.
— Да. Довезу тебя до дома. На улицах небезопасно.
— Миш, не надо. Из окна меня может Игорь заметить.
Взгляд Давыдова наливается кровью, губы поджимаются в тонкую линию. Я понимаю, что мужчина все-равно сделает по-своему. Бесполезно с ним спорить. Да я и не собираюсь. Мне тоже не нравится скрываться, но пока по-другому не получается.
Михаил одевается со скоростью горящей спички, выходит из комнаты первым. Дает мне время прийти в себя. Я выдыхаю и глупо улыбаюсь. То, что сейчас произошло было мне подарком после всех этих сумасшедших дней. Никогда я не чувствовала себя такой желанной, чувственной, такой женщиной. Которую хотят!
Такси довозит нас быстро и останавливается у соседнего подъезда. Миша предусмотрел моё пожелание и за это я ему благодарна. Целую в гладковыбритую щеку и открываю дверцу.
— Вер. Завтра жду.
Не оборачиваясь отвечаю:
— Я буду.
Домой пробираюсь на цыпочках. Все спят. Из комнаты Игоря слышу раскатистый храп и меня от облегчения пробивает мелкая дрожь. Он бы заметил моё слишком счастливое выражение лица, помятое платье, а уж про белье я вообще молчу.
Быстро снимаю с себя всю одежду, наскоро принимаю душ. Спать иду в комнату мальчиков, ложусь на самом краешке и засыпаю с глупой улыбкой на лице. Сейчас я чувствую в себе столько сил, чтобы бороться. Инка нашла мне адвоката. Мои любые сынишки под боком дают мне уверенности, что я всё делаю правильно. А Миша сегодня мне показал, что всё будет хорошо. Что наша семья ещё будет по-настоящему счастлива! Господи спасибо тебе за всех этих людей, через которых ты мне помогаешь вынести все эти тяготы. Теперь я точно знаю, что справлюсь.
23.
Утро начинается как обычно с ругани мужа, которая грубо меня вытаскивает из сладкого сна. Разлепляю один глаз и вижу опухшую от постоянных пьянок моську. Вечно в грязной мятой одежде. И где тот мужчина, в которого я когда-то влюбилась? Снова закрываю глаза, не хочу его видеть. Пытаюсь поплотнее закутаться в одеяло, чтобы спрятаться от мужа, от его отборного мата и упреков. Но с меня грубо стаскивают одеяло и продолжают орать.
— Хватит дрыхнуть! Вставай! Жрать хочу.
— Так поешь. Мама наверняка завтрак на столе оставила.
— Нет её! Свалила с отпрысками гулять. И жрать ничего не приготовила. Хочет меня голодом заморить.
— Ты же каждый раз её еду хаешь, называя отравой. Вот мама и обиделась.
— Тоже мне фифа голубых кровей нашлась. Вставай!
— Сейчас, — стону я.
— И почему ты здесь спишь? А не со мной? Что твои родители скажут?
— Ты храпишь, как паровоз. Как с тобой спать? А мама с папой и так не слепые. Видят, что у нас не всё гладко, — и это я ещё мягко выразилась. Но драконить злого мужа не хочу.
— Видят они. А нечего в нашу семью нос свой совать!
— Они и не суют.
— Ты раньше со мной спала и не выкобенивалась. И сейчас будешь! Чтобы сегодня ночью, как миленькая на своё место пришла. Поняла?! — согласно мотаю головой, а саму воротит. Срочно надо с адвокатом разговаривать. Еще немного и я свихнуть от Игоря.
— До скольки вчера моталась?
— Не поздно. Где-то в районе двенадцати вернулась.
— Не ври, зараза! Я до часу кино смотрел по телеку.
— Игорь, хватит! Не смотрела я на часы. Но ушла с корпоратива раньше всех.
— В следующий раз с тобой пойду. Знаю я эти гулянки, бл*дство сплошное.