- Точно? А то дружки ваши со своими именами уже проговорились.
- Мне нет смысла сочинять, а из тех троих один мне точно не дружок.
- Ну, идём тогда что ли? Говорить, чую, долго придётся.
Палыч рассказал всё, что знал о лагере. Совершенно не ощущая себя при этом кем-то нарушившим некие законы тюрьмы. Всё время нахождения среди этих урок он только и думал, как сделать так, чтобы избавиться от них, сделать народ свободным. Девчонок освободить, которых те... Даже думать не хотелось, что они с некоторыми делали. Разве что не калечили.
- Значит так, Юра. Я тебе верю. Мы тебе верим. Ты скажи сейчас. Вот такими силами мы с ними справимся?
- Вполне. С вами же теперь я. Надо лишь хорошенько продумать операцию, чтобы с вашей стороны потерь не было.
- С нашей, Палыч. Теперь и ты на нашей стороне, - Похлопав его по плечу, сказал Серёга.
На следующий день общим сбором было решено двигаться в сторону палатовцев. Пора было решить эту проблему раз и навсегда...
10
Троих мужиков, которые были предварительно допрошены заново сначала по одному, потом и вместе, посадили в одни из саней, где народ, узнав, кто они такие, с презрением старались держаться от них в стороне, несмотря на то, что и до этого не с комфортом ехали. Двое мужиков, которые утверждали, что они в лагере только как рабочая сила, не приближённые к уркам никаким боком и даже не думали совершать чего-либо предосудительного в сторону пленных, были разоблачены во время очной ставки с Палычем. Он ещё до этой самой ставки нам о них всё рассказал.
С его слов в лагере на тот момент, когда они пошли в эту разведку, находилось пятьдесят восемь человек, включая бывший контингент. Тех было двенадцать. Ещё девятнадцать находились за лагерем на тех или иных работах, включая и поиски выживших. Оказывается, они их никогда и не прекращали, постоянно увеличивая радиус поисков. На наше счастье, этот радиус пока не превышал ста километров, а значит даже до базы-убежища они бы ещё не скоро добрались.Когда зашла речь о том, что делать с теми, кто сейчас находится на заготовке леса, Палыч сразу сказал, что те уже должны быть в лагере. Бер ещё по пути сюда приказал им собираться, объяснив потом, что это на всякий случай для усиления обороны их лагеря. Но мы после разработки плана, с помощью Палыча уже были практически уверены, что победа будет за нами, ведь у нас есть не только автоматы, но и пулемёты на крыше "Тигра" с четырьмя лентами по сотне патронов в каждой, и гранатомёт аж с полусотней зарядов к нему. У каждого мужика в санях при себе имелось оружие. И нарезное и гладкоствол. У нас ещё и пистолеты. Не забываем про три "Выхлопа", которым, кстати была выделена не последняя роль в самом начале атаки лагеря палатовцев. Как мы выяснили, урки чаще всего бОльшим составом сидят в палатке вожака. Чекан погоняло у него.Если всё пойдёт, как задумано, то именно они будут выкошены в первую очередь. Загадывать не люблю, но во время разработки и обсуждения плана шли настолько горячие дебаты, что я поневоле присоединился, уже заранее пытаясь представить, как это должно выглядеть.
По дороге решили, что снегоход со своими санями, куда погрузим не участвующих в операции людей, сначала доедет до базы, оставит там людей и с пустыми санями вернётся назад. Нужно же будет на чём-то ехать пленным, которых мы собираемся выручать. Тут тоже одной ходкой не обойтись.
Когда до палатовцев оставалось около пятидесяти километров, нашли небольшой овраг, загнали туда дутыш с "Тигром" и стали распределять народ - кто с нами, а кто на базу. С нами решительно собирались идти абсолютно все мужики, включая и молодняк и стариков, но стариков сразу отмели, а среди молодых провели некий экзамен по умению обращения с оружием и умения действия в команде. Илья отсеялся на втором этапе. Ни в какую не желал выполнять команды старших в точности, позволяя себе некоторые вольности. Когда ему сказали, что он с нами не идёт, парень насупился и ушёл в снегоход, откуда не хотел выходить до самой отправки. Пришлось идти на разговор. Залезая в кабину, заметил, что он быстро убрал в карман что-то небольшое. Какой-то листочек.
- Что у тебя там?
- Ничего. - Буркнул Илья. - Память.
- О чём? Или о ком?
Он молча снова сунул руку в карман, достал листок и протянул мне, не глядя на меня. Я взял листок. Это оказалась фотография. Семейное фото, на котором были запечатлены они все: Мать, отчим, старшая сестра Валерия, Илья и младшие братья - Вова и Виталик. Девятнадцать старшей на тот момент было, восемь Вове и четыре Витальке.
- Пап, как думаешь, какой шанс, что хоть кто-то из них жив?
- Не знаю, Илья. Если они были в тот момент дома, или где-то в другом здании, либо слишком близко, то... Сам понимаешь.