Оставалось лишь гадать, для чего нас опоили, связали, а теперь везут куда-то, но, думается мне, что везут они нас к себе домой. Для допроса? А может у них там нечто похлеще, чем у тех кого мы относительно недавно уничтожили? Тогда нам полный пи..дец. Если их там реально тысячи, то чем и как мы им сможем противостоять? Также не покидал вопрос: как так вышло, что спутники и в убежище Оксаны и у Василича не заметили такого скопления людей? Они ведь видели даже нас, когда нас было едва больше десятка! Это я обязательно выясню.
Серёга наверняка в машине у второго. Верно. Они его больше всего должны бояться. Здоровый, в боях бывал.
В сердцах извернулся, но умудрился двинуть ногами по креслу водителя.
- Вы, скоты, хоть пожрать-то дадите? У меня скоро желудок сам себя переварит. Ник вообще ещё в отрубе. Раз не убили, значит нужны живыми, а потому тормози и дай еды и воды. В сортир уж не прошусь. Раз замотали как куколок, значит ссыте кипятком, что нагнём вас.
- Как Славик даст добро на привал, так и встанем. Я не устал, он тем более. Терпи, дядя. А ещё раз мне кресло пнёшь и я тебе пиналки затолкаю в твою же сосалку. Герой, бл..ть. Как ты выжил-то вообще, глиста? Ха-ха-ха!
Ржал он как дебил обожравшийся таблеток. А может так оно и было.
- Не твоё дело, как выжил, но как бы такое говно как ты не старалось, - выживу и дальше. Не устроите привал прямо сейчас, - буду башкой вон об стенку биться, но живым не дамся и голодом морить не позволю.
- Ишь ты. Идейный что ли? Ну смотри. Если что - сам напросился. - снова треск рации - Командир. Тут красавица кушать хочет. Ведёт себя дерзко. Обещает строить из себя камикадзе, если не тормознём.
Рация долго молчала, но минут через пять всё же выдала:
- Ладно. Что-то слишком долго остальные дрыхнут. Как бы не передоз, хотя вроде одинаково они всосали. Надо антидот воткнуть им, иначе нас точно по приезду выдерут как сидоровых коз.
Машины остановились, оба водителя вылезли со своих мест, слегка размялись и закурили. Я смотрел на это в окно и думал, какие же свиньи оказывается выжили, хотя свиньи тут не при чём. Они людей не похищают. Вот почему именно они? Если верить нашей общепринятой теории, то над всем человечеством поиздевалась никто иная, как сама природа. Так почему и зачем она оставила на земле именно вот этих вот?! Лучше бы одного Ивана оставила, чем тысячи подобных ублюдков. Глядя на них, совершенно не верится в глупую шутку, где говорится: "Посади за пишущие машинки тысячи обезьян и они напишут "Войну и мир"". Эти не напишут. Они машинки разберут и из деталей соберут что-нибудь смертоносное, чтобы над людьми издеваться.
- Ну чё там? Не засох ещё, Разин - недомерок?
Дверь открылась и эти двое уставились на меня, как на некую заготовку для предстоящей скульптуры, словно примеряясь, с какой стороны начать стучать долотом.
- Чё уставились? С ложечки кормить будете, или хоть чуть свободы дадите?
- И да и нет - я так думаю. Тебе вот я свободы немного дам, чтоб сам пожрал, а вот друзей своих сам будешь именно с ложечки и кормить. Ты дрищ, тебя бояться нечего. Наверняка и не служил даже. Таких редко берут. А эти двое, особенно тот кабан может и могут устроить сюрпризы, а мы очень осторожные люди. Кстати, Патаев, а почему это он Разин-то?
- Ну дык тот тоже восстание мутил. Этот также бухтит.
- Идиот ты, Федя. Историю получше учить надо было. Какой он Разин? Максимум Павка Корчагин, только живой пока. Ключевое слово - пока, понял, мужик? Не советую даже дёргаться.
Отвязав меня от кресла, они как мешок выволокли меня из машины на снег и начали развязывать остатки. Но и на ногах и на руках верёвки остались.
- Разминайся пока. Федя - костёрчик зафигачь, а я пока тех в чувство приведу.
Он ушёл сначала к себе в машину, с чем-то там повозившись, затем подошёл к нашей.
- Ты-то как? Полностью отошёл, или ломает? Штука мощная. Даже удивляюсь, почему ты уже в норме, а эти как трупы.
- В норме. Спасибо за беспокойство, сука.
- Не надо оскорблений, мужик. Понимаю, не нравится, но так надо. У нас было конкретное задание насчёт вашей деревни, но вы всё испортили, вот план немного и поменялся. - всё это время он возился на месте, где до этого был привязан я, видимо вкалывая антидот Нику. Судя по тому, как начал покачиваться их тарантас, Серёга уже начал приходить в себя.
- Ну правда ведь немного, а, Анатолий? мы ведь так и так собирались с вами туда. Познакомиться. Обменяться. Вот только обмен у нас уж извини - на наших условиях.