Однажды ночью после утомительного секс-марафона он неожиданно спрашивает:
– Ты предохраняешься?
Меня настораживает этот вопрос.
Но, тем не менее, не собираюсь врать:
– Да, я поставила спираль.
Он некоторое время молчит, потом сухо произносит:
– Сними ее.
Я не совсем понимаю, с чем это связано:
– Зачем?
Он резко подминает меня под себя и смотрит прямо в глаза:
– Разве не понятно? И не предохраняйся больше. Никак.
Новый бзик? Однако я не племенная корова. И пока о прибавлении в семействе я не подумывала.
– Сережа, давай не будем торопиться.
Он скатывается с меня, встает с постели и окидывает ледяным взглядом, словно бьет хлыстом:
– Что не хочешь детей от меня больше?
Я не знаю вообще, чего хочу, но точно не еще одного ребенка. Начинаю объяснять свою позицию, но он перебивает:
– Так красивая жизнь понравилась? Работать не надо, дети подросли, никаких проблем. Да еще я замуж позвал. Ты о таком и не мечтала? Признайся? Никогда не думала в своей помойке, что сможешь из нее выбраться, охомутав меня?
Я от каждого его слова хочу спрятаться. Зачем он со мной так?
– Я разве просила? Куда же мне, нищебродке, до тебя? Я хоть копейку у тебя попросила? Я сама всю жизнь зарабатывала на себя, на детей. Пусть не миллиарды. Но у нас все было. А если ты думаешь, что купил меня, то я тебя разочарую. Я не твоя собственность и не надо меня превращать в племенной фонд.
Я вижу, как темнеет его взгляд, как сжимаются кулаки. Если ему сейчас сорвет тормоза, то никакой свадьбы не будет. Больше вообще ничего не будет. Я сбегу. И он меня не найдет.
Но Сергей сдерживается, больше ничего не говорит, натягивает штаны и уходит, громко хлопнув дверью. Я слышу, как он заходит в комнату Матвея. Там он и остается.
А я остаюсь со своей обидой. И вопросом – всегда ли разница в материальном положении перерастает во взаимные претензии? И всегда ли это так обидно?
Я не знаю ответов на эти вопросы. Первый раз я выходила замуж совсем юной и безумно влюбленной. И Даня, отец Лены, не был таким сложным человеком. И между нами не было какой-либо большой разницы в положении в обществе. Только вот пьяный идиот, севший за руль в ту роковую ночь, отнял его жизнь. Отнял у меня мужа, а у Еленки отца. И ничего нельзя исправить. Я долгое время не могла подпустить к себе мужчину. А когда все же это случилось, им оказался Давлатов. А нужна я ему вообще? И зачем я ему сдалась в его пресыщенной жизни?
Несколько следующих дней Сергей разговаривает со мной лишь в присутствии Матвея и то только по делу. Ночует тоже в комнате сына. Я не понимаю, что это за игнор. Как же трудно с ним! Хоть бы поговорил, объяснил нормально. Но сама я тоже с душеспасительными беседами не полезу.
Раньше постель с ним казалась странностью, теперь уже странной кажется постель без него. Но что мне идти с ним мириться первой? И вообще я с ним не ссорилась. Это он в очередной раз психанул.
Ночью я устроилась на двуспальной кровати по диагонали. Во всем нужно искать положительные моменты. Поудобнее устроила голову на подушке и ... открылась дверь. В спальню зашел Сергей. На ногах он держался вроде твердо, но по комнате распространился запах алкоголя. Я села на кровати и уставилась на него, ожидая, что будет.
Он сел рядом со мной и ухватил меня рукой за подбородок:
– Роди мне дочку, а? Что тебе жалко, что ли?
Я от удивления даже дар речи потеряла. Это он меня просит? Вот в такой интересной манере... Но все же. А потом я на мгновение представила, какой она может быть – наша дочь. Наверное, очень красивой.
– А если дочка не получится? Тут знаешь, у меня такой кнопки нет. Захотел сына, нажал один раз. Захотел дочку, нажал два раза.
Сергей убирает руку, вздыхает:
– Значит, у меня будет два сына.
Теперь уже вздыхаю я:
– Сережа, я тебе, зачем вообще нужна?
Он растягивается на кровати, медлит с ответом, притягивает меня к себе и наконец, отвечает:
– Нравишься, – потом предлагает, – Давай спать.
Утром мы с ним снова просыпаемся в одной постели. Спустя какое-то вовремя я сижу за туалетным столиком и привожу себя в порядок, собираюсь идти к детям. Сергей лежит на кровати и наблюдает за мной.
Все вчерашнее можно попробовать списать на чрезмерное употребление алкоголя, но вдруг раздается его голос:
– Ты мне не ответила вчера... Снимешь спираль?
Вот привязался... Боится, что сперма его просто так тратится, что ли? Но в моей голове уже засел образ маленькой темноволосой девочки с серыми глазами. Заразил он меня этой идеей. Как инфекцией. Из-за этого раздражённо отвечаю: