– Они здесь причем?
– Им нужны мама и папа, семья.
– Это не семья, это иллюзия. Как фальшивый камин, вроде горит, но тепла нет.
– Я понял все, Дина. Дай мне шанс. Нам его дай. Что, так трудно пожертвовать собственной гордостью?
Легко ему говорить, жертвовать будет не он.
Я отрицательно киваю головой.
– Я тебе не верю, Серёжа.
Это то, что я чувствую. И то, чего не могу изменить.
Эпилог
Прошло 4 года
Дина
Я стою на улице возле кафе, где мы собираемся пообедать, и вижу, как ко мне подходят мои дочери двадцатилетняя Елена и четырехлетняя Вера. Они потрясающе смотрятся вместе, люди часто обращают на них внимание, некоторые даже фотографируют.
Матвей психует рядом со мной:
– Что они еле плетутся! Я есть хочу.
Я улыбаюсь, глядя на него:
– Потерпи. Вера еще маленькая. Сейчас будем обедать.
Когда я вижу своих подросших детей, во мне просыпается гордость, как у какого-нибудь селекционера. Ведь столько сил нужно, чтобы вырастить ребенка. Сколько бессонных ночей! Сколько любви и нежности! И вот они со мной, такие разные и счастливые.
Матвей пошел в первый класс. Лена учится на медицинском, мечтает стать хирургом. Вера пока просто красивая и счастливая девочка, от улыбки которой всем рядом с ней тоже хочется улыбаться.
Мы занимаем столик в кафе, наша шумная компашка выбирает блюда, дети спорят и смеются. И в каждом таком мгновении заключено настоящее счастье. Потому что жить нужно здесь и сейчас. И счастливым быть тоже. Потому что счастье в нас самих. В том,как мы воспринимаем мир и себя в нем.
Вдруг Вера подскакивает со стула и несется к двери. Я собираюсь догнать ее, но она оказывается на руках у своего отца и тут же целует его в щеку. Между этими двумя – нерушимая любовь. Кто бы мне сказал, что Сергей способен быть таким по отношению хоть к кому-то, я бы не поверила. Но это то, что я вижу каждый день. Эта маленькая королева держит в своих руках его сердце. Да, и мое тоже.
Нет, я не выделяю никого из своих детей. Я люблю их одинаково. Но к младшим любовь переплетена с щемящей нежностью. Это прекрасное чувство.
И да, мы не развелись. Можно, сколько угодно утверждать, что такие, как Сергей, не меняются. Не знаю. Мы просто стали учиться строить отношения. Потому что семья – это работа. Долгая и трудоемкая. Там, где каждый пытается отстоять лишь собственное "я", всем будет тяжело. А любовь приводит к тому, чтобы превратить одинокое "я" в сильное "мы". И мне кажется, что у нас получилось.
Муж подходит к столику, опускает Веру на стул, треплет Матвея по волосам, кивает Лене. А потом целует меня в губы. И я знаю, что ему это нравится, потому что мне это нравится тоже.
Можно лелеять собственную гордыню, а можно исправлять ошибки. Но пока нет безразличия, наше "мы" приносит мне счастье. А ведь это не мало.