Не уверена, стало ли мне от этого лучше или хуже, когда они все равно последовали за нами.
Не думаю, что хоть однажды за все те разы, что я на него смотрела, Ковбой убирал ладонь с рукоятки своего Кольта Питона в кобуре.
Двери перед нами раскрылись, и там стояло ещё больше вампиров. Все они вежливо поклонились, когда мы вошли в фойе с высокими потолками. Я посмотрела на массивную лестницу, ведущую на верхний этаж, и хрустальную люстру, которая висела между лестницей и стеной.
Все, что я видела, казалось дорогим — даже обои.
Я видела приставные столы во французском колониальном стиле, которые казались антикварными; полный комплект брони, стоявший в алькове под лестницами; гобелены, которые тоже казались французскими; ковры, которые наверняка стоили дороже моей машины; зеркало в золотой раме, которая наверняка выполнена из настоящего золота.
Не все здесь казалось антикварным. Я также видела на стенах довольно много современных картин, казавшихся оригиналами, а также статуи эпохи пост-модерн — в абстрактном стиле, который причудливо гармонировал с более старинными предметами.
— Прошу, следуйте за нами.
Я взглянула на нашего гида и обнаружила, что рыжеволосая вампирша слегка усмехается.
Я не потрудилась реагировать на её выражение, по крайней мере, внешне. Однако она явно хотела смутить меня этим.
— Наш король ждёт вас, — произнесла она безупречно вежливым голосом. — Там должно быть предостаточно места для всех вас.
Я кивнула, не отвечая.
Брик уже ждал нас внутри.
Ну конечно. Зная Брика, он немного чересчур наслаждался всем этим коронным номером аля «вампирский король принимает гостей».
Блэк легонько кашлянул. Я вовремя покосилась на него, чтобы заметить, как он подавляет улыбку.
Рыжеволосая вампирша привела нас в гостиную с высокими потолками, которая простиралась вдоль одной стороны дома; комната была настолько огромной, что я гадала, не была ли она когда-то бальной залой.
В дальнем углу у двадцатифутовых окон с темно-зелёными бархатными шторами (смутно напоминавшими мне самодельное платье Скарлетт О'Хары из «Унесённых ветром») стоял рояль. Антикварные диваны и кресла стояли вокруг антикварных деревянных игорных столов, а также перед камином из безупречного белого мрамора с замысловатой каминной полкой и зеркалом в стиле «арт деко».
В очаге горел огонь, вопреки тому, что воздух в доме был прохладным.
Огромный круглый диван располагался в центре комнаты, а в центре круга сидений росла густая пальма. Каменная статуя женщины с вазой на плече, зеркально повторявшая позу статуи в фонтане, расположилась у камина. Ещё больше высоких пальм стояло в разных углах комнаты, а также несколько огромных фикусов и папоротников.
Антикварная хрустальная люстра висела под высоким потолком на длинной железной цепочке. Размерами она минимум вдвое превосходила ту, что в фойе.
Обивка круглого дивана, оттоманок и кресел была глубокого винного цвета, который на удивление хорошо сочетался с темно-зелёными шторами и всеми растениями. Корпусы мебели были выполнены из одинакового тёмного состаренного дерева. Потолок был отделан замысловатыми плинтусами, выкрашенными в белый цвет на фоне розоватых стен и обоев.
Опять-таки, все это казалось невероятно дорогим.
Плюс ситуации в том, что комната казалась более чем достаточно просторной для всех нас, как и сказала рыжеволосая вампирша.
Брик слегка улыбнулся Блэку, когда все мы вошли. Он удостоил меня краткого кивка, но более искренней улыбки по сравнению с той, которую он адресовал Блэку.
Я осознала, что смотрю на вампира через призму того, что Блэк сообщил мне в машине.
При этом я поймала себя на мысли, что Блэк прав.
В какой-то извращённой манере мне казалось логичным, что Брик может воспринять тот случай как личную обиду и считать, что Блэк его «предал». Эта мысль даже близко не вызывала желание посочувствовать вампиру, ни в коем случае, но из-за этого я стала подозрительнее относиться к мысли, чтобы оставить Блэка одного с ним или даже позволить ему подойти физически близко.
После этой моей мысли Блэк взял меня за руку.
Я видела, как глаза Брика едва уловимо проследили за этим движением.
— Мы можем поговорить наедине? — хрустальные глаза вампира переключились обратно на лицо Блэка.