— Со мной и тобой!
— А я причем⁈ — ужаснулся такой перспективе лидер.
— С ним нельзя, он будет смеяться, — теперь я удосужился тыканья пальцем, — А ты будешь молчать и носить! И водить машину!
— … и страдать, — ухмыльнулся я, — Но сначала страдать будет наша Недотрога. У нас ночью еще есть дела. Шоппинга не случится. Пока что.
Надо сказать, мы с Гриттом были чересчур наивны. Эрике Хатсбург, расцветшей как какой-то там черный тюльпан, понадобилось ровно десять минут, чтобы ограбить нас обоих на половину денег. Они были изъяты «на улучшение условий жизни», причем альва вампиресса благосклонно обошла, как существо, не выходящее из дому, а следовательно, не нуждающееся в гардеробе. Хотя Алебастр в свою очередь попытался взять в рабство Юки, начав грузить её своими специфичными покупками. Тут уже пришлось вмешаться мне и гнать всех спать. Ночью нам предстояло охранять Ди Вайна на выезде.
Сделка по покупке дополнительных тросов и подъёмников прошла спокойно. Два отряда джентльменов, наш и продавца, встретились возле старых покосившихся гаражей, где в ярком свете ламп одного из них Армэн проверил предлагаемое к покупке. Мы с Бароном, осуществляя зримую поддержку, курили, переглядываясь с такими же охранниками, но куда слабее вооруженными. Эрика и Юки нас страховали из темноты, что не понадобилось. Сделка была заключена, деньги перешли из рук Армэна к продавцу, товар был погружен на нашу «тойоту» и, после выгрузки, мы отправились домой. Эрика потирала руки, внушая всем окружающим священный ужас, я уже натирал ботинки, мечтая посетить закрытый бордель, визитка которого давно уже лежала без дела… но тут некий подлый блондин в идеально подходящее для этого время нанес свой неотразимый удар.
В нашу входную дверь загрохотали удары тяжелого женского сапога.
— Отдавайте мне моего мужика, вы, еретики хреновы! — выдала ультиматум в камеру сестра Агнешка, устроившая весь этот тарарам, — Немедленно! Жду, пока не кончится эта сигарета, а потом вы познаете Гнев Божий из миномета калибром четыреста миллиметров!
Хатсбург, конечно, устроила с ней яростную перепалку по домофону, но даже кровожадный вампир женского пола не мог отказать польской католичке в праве свидания после стольких дней занятости. Сияющий как начищенный медяк Марий бросил на меня трусливый взгляд, но всё равно смылся, а его избавительница, вкогтившись в руку предателя, насмешливо бросила, что забирает Гритта на «пару дней, может быть три». Чертыхнувшись, Недотрога проводила влюбленных длинной матерной тирадой, а затем, обернувшись, посмотрела на меня как на еду.
Моя песенка оказалась спета, дальше пошёл самый настоящий похоронный марш. Причем, без преувеличений. Эрика Хатсбург приготовилась к задекларированному ранее мероприятию куда дотошнее, чем мы обычно готовимся к операциям. Я не знал, что нас ждёт. Юки не знала. Даже «тойота», я уверен, не была к такому готова.
…почему?
Потому что мы живем в современном мире, господа. Мире, в котором хитрые вампиры могут иметь смартфон, на котором точно будут приложения торговых площадок с доставкой до пункта выдачи. И, как у любой порядочной женщины, в этом приложении у Эрики уже была «корзина», набитая морем товаров первой, второй, третьей и восемнадцатой необходимости. Поэтому мы не поехали за покупками в классическом смысле этого слова. Мы отправились выбирать и забирать.
Девочка в пункте выдачи побледнела, когда её сканер считал штрих-код с устройства лучащейся довольством Эрики. Едва ли не посерев от горя, с тяжелым вздохом, служительница торгового дома принялась таскать коробки и пакеты, которые Юки оперативно вскрывала, позволяя нашей брюнетке мерить, оценивать, пробовать и анализировать. Через два часа мы возвращались с первого рейса, заставив половину прихожей в доме под полным ужаса взглядом альва, которому было приказано растаскивать коробки дальше.
Второй рейс ознаменовался кошмаром для Широсаки, потому что душа, как и её вместилище, у Эрики Хатсбург были очень большими, а вот времени было немного, поэтому брюнетка очень активно помогала бедной кицуне примерять одну вещь за другой, устроив что-то вроде полузакрытого показа мод. Приличное показывалось мне на оценку, о неприличном можно было догадываться по звукам помирающей японки за шторкой. Впрочем, вскоре из нашей белобрысой егозы были выдавлены все эмоции, жизнь и воля к сопротивлению. Вампир не знал пощады. Ни к кому.
Одежда, обувь, приборы для кухни и для обслуживания сложного существа по имени «женщина». Завивка, заколка, замотка, завертка, обпиливание, обстругивание, надрезание и отшелушивание. Половину всего уже заказанного Эрика, не моргнув глазом, оформляла в возврат, от чего на лице молоденькой девчушки я всё отчетливее читал желание напиться сегодня в контрабас. Если выживет.