— Траффик на шоссе большой, время подъезда от клиники до него около трех минут, — дополнила Хатсбург, — Если он свалит — он свалит. Потерять сможем легко. Алебастр сообщил, что оттуда выбор аж на три аэропорта, съезд на Си-Рачу, считай Бангкок, ну и обратно сюда, в Саттахип. Будем думать, Алебастр на связи. Дрон ему купили, зарядили, камеру навесили. В два-три ночи полетит на разведку.
— Хорошо, мы пока погуляем, — кивнул я, — Эрика, где пакет?
— О, я этим займусь! — тут же ожила вампиресса, хватая собственную сумку и целенаправленно топая к недоуменно заморгавшей кицуне, — Мы в ванну! Вы — не подглядывать!
Я — большой белый парень, пусть и загоревший. Турист. Это Тайланд. Тут туристы не шатаются одни по разным мутным местам, где могут запросто нарваться на вопросы или ненужное внимание. Нужно прикрытие. Тоненькая молодая азиатка, тоже очень загоревшая, отлично подойдет… ну, после небольшого марафета.
Звуки раздавшиеся из ванной были очень неоднозначными.
— Мне стоит думать что-то плохое? — озадаченно пробормотал наш лидер, возводя глаза к потолку.
— Сейчас всё увидим, — пожал я плечами
— А развидим ли? — на корявом, но вполне разборчивом русском, выдал Гритт, улыбнувшись моему одобрительному кивку.
— Вряд ли…
Что нужно каждому молодому красивому туристу в незнакомом экзотическом городе Тайланда? Тур к развалинам? Заход в музей? Ресторан традиционной кухни? Сфотографироваться на площади? Разумеется, нет.
Шлюшки. Молодые, худенькие, на всё согласные. Жрица продажной любви для ночных улиц — это как строительная лестница. Никто не знает, куда идёт иностранец с юной шлюшкой. Может, они ищут закладку наркотиков? Может, мелкая дрянь тянет время, чтобы слупить с белого дурака побольше? Может… есть сотни причин, почему турист таскается по улицам с молоденькой проституткой, но никто не будет его спрашивать. Ни одна из этих причин не стоит интереса.
Воспаленная фантазия вампирессы отыгралась на Юки с размахом, достойным какой-нибудь награды, потому что аутентичность образа Эрика, несмотря на весь дефицит времени, что у нас было на сборах, сумела реализовать целиком и полностью. На Юки, стоящей перед нами на подгибающихся ногах, были обуты черные кроссовки, из которых по худеньким ногам японки вверх шли белые полупрозрачные чулки, заканчивающиеся на середине бедра. Куда выше этой самой середины бедра была преступно короткая черная юбка-разлетайка, больше похожая на пояс, еще выше неё шло голое тело, перекрываемое на уровне груди крайне скудной пародией на японскую матроску. В целом, намек на японскую школьницу был очень толстым, а мощный макияж делал девушку совершенно неузнаваемой… нами.
— Не-а, — критично осмотрев совершенно шокированную Юки, уставившуюся перед собой, выдала вампиресса, — Оно, конечно, огонь, но капитан этого судна тебя далеко не увезет, Красовский. Скажи спасибо, что я это предусмотрела.
«Предусмотрительность» коварного вампира вылилась внутрь японки со звуками банки слабоалкогольного коктейля, извлеченного из сумки. Точнее, на свет появилось четыре банки, одной из которых «заправили» Широсаки, а остальные отдали мне. Эффект наступил быстро и решительно.
— Я даже… даже шага не могу сделать в этой юбке! — прорвало беловолосую японку, — У меня всё видно!
— Именно поэтому мы и надели нормальные белые трусы… — утешающе проворковала Эрика, поглаживая свою жертву по плечу, — Они как шорты. Всё надежно спрятано. Не волнуйся. И посмотри еще в зеркало. Тебя никто не узнает, когда всё смоешь. Это… это косплей!
Последнее оказалось весьма серьезным аргументом, на который Юки купилась, так что своё прикрытие я приобрел, а вторая банка коктейля вызвала у девушки достаточный прилив смелости, чтобы… просто забыть, как она выглядит? Наверное, да. На приключения мы отправились в приподнятом настроении!
— Я ведь развратно выгляжу, да…? — отхлебнув из банки, поинтересовалась у меня на улице Юки дрогнувшим голосом.
— Очень, — не стал скрывать я очевидного, — Но в некотором смысле тебе даже идёт.
— Это как? — Широсаки далеко не сразу переварила подобный комплимент.
— Эрика бы лучше объяснила, но я думаю, что из-за твоих волос. Они белые и торчат. Это взывает о ярких, агрессивных и вызывающих образах.
— … на меня пялятся!
— На нас. Ничего, пусть завидуют. Давай тренироваться, а то мы еще не в образе.
Через полчаса мы уже были в районе доков, демонстрируя окружающим хрестоматийную парочку из здорового амбала, не гнушающегося хозяйскими жестами по отношению к подпитой, но определенной довольной жизнью шлюшке. Причем, не простой, а высококачественной, учитывая, что большая часть встреченных «конкуренток» Юки была одета и накрашена на порядок хуже и проще. Кицуне, дохлебывающая вторую банку, всё лучше входила в роль и чувствовала себя вполне комфортно, пока, внезапно, не остановилась, как вкопанная.