Р я б и н и н. Нет уж, продолжайте вы, Анатолий Васильевич.
Плужин надевает очки, смотрит на Полуэктова.
П о л у э к т о в. Что я? Я человек маленький…
П л у ж и н (с тихой укоризной). Начальник производственного отдела по металлургии — не маленький человек. (Снимает очки. Отечески.) Когда-то, знаете, Алексей Георгиевич, был у нас другой цех фасонного литья, низкий такой, прокопченный, небольшой, но неплохо нас обеспечивал… Командовал там человек заслуженный, опытный, Грамоткин Тимофей. А после построили мы Двадцать шестой, чудо строительной и литейной техники, шесть этих самых корпусов. Грамоткин со своими людьми переехал туда, и ничего не стало получаться.
Ч е ш к о в (скромно). Все три года?
П л у ж и н (неохотно). Да. Дисциплина там слабая. Прогульщиков и пьяниц с избытком. Работа там тяжелая.
Ч е ш к о в. Что вы считаете вашей ошибкой?
П л у ж и н. Если б мы знали… Гаврила Романыч вот дневал и ночевал там. И каждую третью декаду — штурм.
Р я б и н и н (неожиданно мягко и строго как-то). Вы не старайтесь все сразу понять, товарищ Чешков. Это невозможно. Чужие знания вам не принесут пользы. Постарайтесь сами понять ошибки. Станьте умнее нас. А главное пока сказано: легкой жизни не ждите. Пугает вас это? Готовы рисковать?
Ч е ш к о в (после паузы). В общих чертах я это знал.
П л у ж и н (недоволен паузой). Приглашая вас, мы тоже в какой-то мере рискуем. Ведь мы вас почти не знаем.
Ч е ш к о в. Да, риск наш взаимен.
П л у ж и н. Какие документы у вас с собой?
Ч е ш к о в. Паспорт.
П л у ж и н. Вы там заявление об уходе подавали?
П о л у э к т о в. Товарищ Чешков подавал дважды. Первое, как условились, подано до моего приезда в Тихвин. За две недели. Дирекция против, партком против, горком не возражает.
П л у ж и н. Ну… видно будет! Скажите, однако, нам от души, сердечно так: хочется вам влиться в наш коллектив?
Ч е ш к о в. Да. (Улыбка у него неожиданно детская и открытая.) Моей жене очень хочется пожить под Ленинградом.
Р я б и н и н. Дело все-таки не в жене.
Ч е ш к о в (живо и достаточно твердо). Нет, и в жене. И мне хочется, Ленинград — не Тихвин.
П л у ж и н (решительно). Продиктуйте ваши условия.
Ч е ш к о в (помолчав. Негромко). Оклад двести восемьдесят. Трехкомнатную квартиру и работу жене.
Плужин и Рябинин обменялись взглядами.
П л у ж и н. Кто ваша жена?
Ч е ш к о в. Инженер по нормированию.
П л у ж и н. Найдем место. Найдем. Оклад двести восемьдесят дам, а квартиру получите по существующим нормам.
Чешков думает. Отрицательно качает головой.
У нас трудности, Алексей Георгиевич. Очередь.
Ч е ш к о в (простовато). Я переезжаю по вашей просьбе.
Пауза затягивается и становится опасной.
П л у ж и н. К Ноябрьским дам трехкомнатную. Вызывайте машину, Глеб Николаевич. (Чешкову.) Сразу поедем вас представлять.
Ч е ш к о в. Хотелось бы позже… Надо походить, осмотреться. Потом на это времени не будет. Мне нужно десять дней.
Р я б и н и н (смотрит на Плужина). Десять — это немного.
П л у ж и н. Немного. Ну, что ж! (Встает.) Не возражаю. Идите осматривайтесь. В добрый час!
Р я б и н и н (встает. Сухо). Будьте осторожны. Старайтесь не портить отношений. Люди в Нереже крепко спаяны.
Ч е ш к о в. Попрошу все это зафиксировать в документе.
П л у ж и н. Не понял — что?
Ч е ш к о в. Оклад, квартира, работа жене.
П л у ж и н (удивлен). Ну, оклад укажем в приказе…
Ч е ш к о в. Значит, квартира, работа жене.
Р я б и н и н. Вы что же, не верите нам?
Ч е ш к о в (необычайно серьезно). Я люблю все записывать. Когда записываешь — нет двусмысленностей.
П л у ж и н. Составьте документ, Гаврила Романыч.
Прошли сутки. Наступил вечер. Щ е г о л е в а в шубке, впопыхах накинутой на плечи, пришла к М а н а г а р о в у. Стоит устало на пороге его холостяцкой квартиры.