К о л я. Новый заповедник открыли. Где — не поняли, помехи. Сто первый заповедник в стране или сто третий…
Л и д а. Вы сильно подружились с Колей, так, что ли?
Ч е л о з н о в. Видимся каждодневно.
Л и д а. Ну, поцелую тебя. (Целует в висок.)
С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Пошли, мои милые, поедим!
К а т я (Морягину). Останьтесь. Мама, мы пошушукаемся. (Всем.) Мы сейчас, идите! Мы скоро, быстро…
Все уходят в дом. Остаются Катя и Морягин.
М о р я г и н. Мы на «вы» перешли?
К а т я. Не время, знаю, но мне хотелось сказать… Это нехорошо, но скажу сейчас, не буду откладывать. Ваша мама не будет жить с нами. Я этого не хочу.
Морягин молчит, смотрит в пол.
Обо мне говорят, что я самая добрая, но я не самая добрая. Наверно, жестоко сказала, но я никогда не буду вам врать. И не стану притворяться. Если вы хотите этого, уважьте мою просьбу, Василий Гаврилыч. Только сразу, сейчас.
М о р я г и н. Мама будет жить там, где жила.
К а т я. Спасибо. Буду относиться к ней как к близкому человеку… И встречать, ездить к ней будем и помогать.
М о р я г и н. Вы не любите меня?
К а т я. Я около шести лет прожила в студенческом общежитии, не забывайте этого. Видела разные браки. Стихийные и по большому чувству… Эти быстро проходящие браки! (Молчит.) Я ни разу не сказала тебе, что люблю. Знаю, ты очень любишь меня. Считай эгоисткой, но для меня сейчас это главное… Я буду тебе хорошей женой, верной, преданной, буду уважать тебя, и знаю, за что, только говорить об этом не хочу! (Вдруг улыбается сквозь слезы.) У меня много великих планов. И как жить будем, и что делать… Если не станешь смеяться, скажу одну вещь… Я хочу, чтобы наши дети играли на этой веранде.
Слышатся автомобильные гудки.
М о р я г и н. Машина пришла.
К а т я. Как рано! Очень рано!
М о р я г и н. Ну, ничего… Пришла и пришла. Надо ехать.
Быстро входит С в е т л а н а Н и к о л а е в н а.
Машина пришла. Надо ехать.
Входит Т а т ь я н а Я к о в л е в н а.
Машина пришла. До станции далеко ехать.
Т а т ь я н а Я к о в л е в н а. Сядем перед дорогой. Все сядем.
Садятся. Входят Ч е р в о н и щ е н к о и П а х о м о в. С в е т л а н а Н и к о л а е в н а озабоченно идет в дом.
М о р я г и н (Пахомову). Машина пришла.
К а т я. Я пойду переоденусь. (Уходит.)
Помедлив, М о р я г и н уходит за ней.
Ч е р в о н и щ е н к о. Грустно будет в доме без Кати.
Т а т ь я н а Я к о в л е в н а. Ничего, попривыкнут. (Уходит.)
П а х о м о в (Лиде). Извините меня, я пойду попрощаюсь и сразу уйду. Мы о многом хотели поговорить, но так получилось… Меня беспокоит состояние Ани. Если б знали, какой она была прежде! Какая это спокойная, отзывчивая душа! Она поправится, ей лучше. Время нужно, доктор сказал, покой… Не взыщите, Лида. Мне надо идти. (Идет в дом.)
Лида ходит по веранде. Входит К о р о в и н.
Ч е р в о н и щ е н к о. Не горюйте, Лидия Евгеньевна.
Не ответив, Лида уходит в дом.
К о р о в и н. Иван, почему Надежду сюда не позвал?
Ч е р в о н и щ е н к о. Звал. Просил! Разве пойдет сюда Надежда, если знает, что я здесь счастлив!
К о р о в и н (раскуривая трубку). Что она знает?
Ч е р в о н и щ е н к о. Знать нечего! А я счастлив. Заботы мои обыденней обыденных. Из лесу прискачу — на строительство бегу, в кабинет загляну — в прокуратуру мчусь. Мы уж на «ты» с прокурором, я ему пропуск выписал. Дела на мелких нарушителей суды не берут. Мы даже на собственной территории штрафовать не можем. И скрываем от населения, что бесправны. А он встанет перед тобой, подонок, и бубнит: «Подумаешь, зайца у вас убили…» Но — замкнули! Замкнули мы заповедник. Вот и все мое счастье. Эта семья мне поверила. А Надежда мстит мне. Гусыня жирная, кержачка несчастная. Характер тяжелый, неуступчивый, а про себя, когда одна, плачет, уверен. Беда моя, что я слабый. Брошу, уйду, дважды уходил, после психую, жалею. Трех парней она мне родила. Ты видал, какие у нас парни!
Входит Л и д а. Садится. Слышен гудок автомобиля.
К о р о в и н. Что молодые так долго?