Л е н а. Ты…
А б р о с и м о в. Будем говорить о пустяках. У нас много хозяйственных дел… Так лучше, Лена. Как будто ничего не случилось. Как будто мы все еще собираемся с тобой на Черное море… Я не хочу говорить, иду собирать книги. (Ушел.)
Л е н а (снова звонит). Дайте наконец кабинет! Позвоните сильнее, он там!
На пороге Ч е п р а к о в. Разговор на расстоянии.
Ч е п р а к о в. Я пришел, Елена Николаевна.
Л е н а. Вы не должны были приходить.
Ч е п р а к о в. Я не могу больше сидеть в кабинете, меня люди на трассе ждут. Я не могу их обманывать. Оборвали все телефоны, сейчас начнут трезвонить сюда.
Л е н а. Что случилось?
Ч е п р а к о в. Час назад колонна начала разгружаться на Бабановских пикетах. Открыта дорога на Улус!
Резкие телефонные звонки.
Л е н а. Это вас…
Повторяются резкие звонки.
Ч е п р а к о в. Я иду. Меня ждут. Прощайте. (Не двигается.)
Л е н а. Вы мне нужны, Чепраков. Я приеду.
Звонки повторяются настойчивей.
Уходите. Пожалуйста. До свиданья. Мне предстоит трудная ночь.
З а н а в е с.
1959
БОЛЬШОЕ ВОЛНЕНИЕ
Пьеса в трех действиях
К а т я.
В е р а.
И в а н С у х о д о е в.
В а с и л и й Ш в е ц.
В а л е р к а.
Т е р е н т и й Н е л ю б и н.
Б о р и с Л а с т о ч к и н.
Н и к о л а й П е ч к и н.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Северный Байкал. Осень. Луч света высвечивает лодку. Это хорошая, широкая, отлично оснащенная лодка с палубой. Лодка-дом. Есть даже таганок на железном листе. Догорающие угли под таганком.
На носу сидит В е р а. Негромко и безмятежно поет:
Чем ближе подходит эта уютная лодка, тем больше света вокруг. Уже видны Т е р е н т и й Н е л ю б и н и Б о р и с Л а с т о ч к и н, а затем сидящий на корме Н и к о л а й П е ч к и н. Борис и старик Терентий говорят не спеша, с паузами — так, от безделья.
Н е л ю б и н. Странно мне, Борька. Никогда об нашем районе в газетах не пишут. Об Англии пишут! Об Америке пишут! Об нашем районе никогда не пишут.
Л а с т о ч к и н (что-то жует). Эх, дядя Терентий! Еще как напишут… Ты погоди. О нас еще такое напишут!
В е р а. Сейчас придем, отдохнем и опять поплывем, поплывем… (Поет.)
А все-таки скучно без Ванечки!
П е ч к и н (внезапно, из темноты). Все поешь, а ничего не помнишь!
В е р а (лениво). Не болтал бы, Коля, тебе это не к лицу.
Луч захватил Печкина, он возится с рацией.
А куда, миленькие товарищи, наш Иван подевался? Кто это может сообразить?
Г о л о с п о р а ц и и. Нерпа! Нерпа! Я — Курлык! Прием!
В е р а. Ой, Коля, спроси у этой машины, где наш Ваня?
П е ч к и н. Я — Нерпа! Я — Нерпа! Прием!
Г о л о с п о р а ц и и. Нерпа! Сведения давай! Прием!
П е ч к и н. Я — Нерпа! Даю сведения. Одиннадцать центнеров. Где там наш бригадир пропал? Прием!
Г о л о с п о р а ц и и. Я — Курлык! Поняла. Одиннадцать центнеров. Насчет бригадира обратитесь в справочное бюро. Разговор заканчиваю. Вызываю Красную зарю. Красная заря! Красная!
Печкин выключает рацию.
В е р а. Нету Вани, и точка. Сыграй, Коля.
Луч света все шире и шире, он освещает море. А на море, за кормой лодки, — белый день.
Н е л ю б и н. Домой бы я съездил, ребяты. Плохой мне сон снился.
В е р а (Печкину). Тебе трудно сыграть?
П е ч к и н. Мне не трудно.
Н е л ю б и н. Катю я, ребяты, во сне видал. Надевала Катя новое платье.
Л а с т о ч к и н. Иван вернется — съездишь домой.
В е р а. Обещался вчера на рассвете — и нету. Где мог задержаться, как думаешь, Боря?