Сунгерн не сразу признал Такки в этой женщине. Новенький дорожный костюм, ровно остриженные волосы, чистое лицо. Пожалуй, она была старше, чем думалось музыканту. Странная, странная внешность… Впрочем, кое-что осталось неизменным.
– Как жизнь, брынчалка? Повеселил тебя врачеватель вчера? Говорит, ты визжал как девчонка, когда тебе швы снимали.
– Лжет! Я был измотан тяжкой раной, дорогой и подвигами последних дней, поэтому провалился в сон…
– Верю, – Такки кивнула. – Готов немного пройтись?
Он оценил, насколько беспокоит его нога. Боль блуждала от бедра к голени, но была вполне терпимой.
– Готов. Куда? Зачем?
– К подземному Брейу. Одевайся – и в путь. По дороге расскажу подробнее.
Сунгерн никогда прежде не бывал в подземных городах, поэтому и представить не мог, что ждет его на самом деле. Конечно, он сочинял песни и слагал стихи о жизни под землей, но опирался лишь на фантазию.
Здесь же все оказалось гораздо проще и интереснее одновременно.
Тропы были обложены тесаным камнем. Идти можно во весь рост, не страшась зацепить макушкой своды. Лампа давала ровно столько света, чтобы не спотыкаться о неровности пола и разгонять мелкую подземную живность, коя сновала в темноте.