«Плевать сама напросилась».
Подумала Ирина, подавив желание, комом ставшее в горле.
«Как вы себя чувствуете»? «Хорошо».
«Как вы себя чувствуете»? «Хорошо».
«Как вы себя чувствуете»? «Хорошо».
- Девушка вы сознание не потеряли? - этот вопрос относился к ней, он выдернул ее из полудремы.
- Нет, я, кажется, задремала, – отозвалась Ирина, открыв глаза.
- Не спите не надо, вставайте, полчаса прошло. Отдохните, после душа, и остыньте, перед тем как на улицу, - проинструктировала ее женщина.
Она направилась в душ. Там мылись женщины. Руки скользили по груди, рукам, бедрам плечам ногам, сбрасывая с себя остатки черной соленой грязи. Черные ручейки текли по телу и по кафелю, она осторожно ступала по нему босыми ногами, боясь поскользнуться. Ирина поняла для чего душевой шланг без рассеивателя, задернула шторку. Остальные на такую ерунду внимания не обращали.
«Они ни за этим приехали. Заплатили огромные по их меркам деньги им не до эротики. Интересно сколько стоит это банкет».
Ирину накрывало возбуждение.
***
Михаил сделал кардиограмму и лежал под капельницей. Об эротике он не помышлял. Чувствовал он себя нормально, но не для любовных утех.
После капельницы он зашел к Анатолию.
- И что скажешь? – спросил он доктора.
- Что скажу, кардиограмма нормальная, насколько это может быть, пяти капельниц хватит. Воды хлебни если, не полегчает, не пей. Я сам не понимаю, как она помогает. Это хорошо, что ты худой. С лишним весом сердечникам вообще хреново. Да осторожней, а то залетит, не ровен час, вот это будет проблемой, все лечение насмарку. Вполне может захотеть так свою жизнь устроить, – предупредил он пациента, меньше всего ему хотелось проблем у себя в санатории.
«Это мы уже проходили, потому я здесь».
Подумал Михаил.
- А на кой хрен ты ей процедуры назначил? – спросил он Анатолия.
- Не дошло с первого раза. Или тебе интересно, чтобы она тебя на капельницы провожала и в номере ждала. А так она до двух точно занята, и не ищет приключений себе на голову, и не задает глупых вопросов о здоровье тебе. Вымотается, уснет, с ней еще и гинеколог побеседует. Голова не кружится, после капельницы, ты же за руль? – Анатолий знал, куда направится Михаил.
- Голова не кружится. К слову, где у вас тут автошкола. Обещал ей курсы по вождению, – решил, он воспользоваться случаем и попробовать решить проблему по легкому.
- Молодец, себя надо экономить. Правильно девочка должна быть надежно отвлечена. Автомобиль вожделенная игрушка, водительское удостоверение недорого обойдется. Им нравится играться в бизнес леди. Сколько нам уже нужно? Сейчас найду. Он еще тот жучила, но из местных лучший, - ответил он.
Анатолий порылся в телефоне.
- Пиши. Владик зовут, скажешь от меня, я его жену лечил, он мне должен, подвинет клиентов, прошенный больно, – продиктовал он номер телефона.
Глава двадцать третья. И все же отношения сдвинулись в сторону потепления
Глава двадцать третья. И все же отношения сдвинулись в сторону потепления
В холле девушку догнал телефонный звонок.
- Ируся, ты свободна?
- Да.
- Я через пять минут подъеду. На улицу не выходи, чтобы не простудиться, – получила, она вторую заботу, по одному и тому же вопросу.
О ней редко заботились, излишнее внимание оказалось приятным. Она устроилась в кресле и ждала Михаила. Он помахал рукой, она легко поднялась и выхватила два слова, произнесенные молодым парнем, приятной внешности. «Ректальные тампоны» и расхохоталась. Желание накрывало.
- Иринка, что тебя так насмешило? – спросил Михаил, услышав ее смех.
- Да так. С вагинальными тампонами я познакомилась. Вон тот красавчик познакомится с ректальными, – указала она на высокого блондина рядом с дверью, ведущей в грязелечебницу.
- Ира, - укоризненно оборвал ее Михаил.
Ее желание накрывало его. Они вышли на мороз. Это был легкий крымский мороз, влажный и мягкий. Ирина увидела мангал и несколько бутылок пива в еще теплых углях.
- Возьми мне шашлык с теплым пивом, – попросила она Михаила.
Он уже не пугался ее просьб.
- Ира шашлык на улице? – идея ему не нравилась.
- Да, – подтвердила она желание.
Они ели шашлык она пила пиво и улыбалась одними глазами.
«Потом таблетками запью эту дрянь».
Подумал Михаил, любуясь ее улыбкой и аппетитом.