- Я нашел тебе водителя инструктора, завтра пойдем. Процедуры все равно через день, – отчитался он о выполнении обещания. Из чего она заключила, что ее курортную книжку он изучил, пока она спала.
- Только мне завтра к гинекологу с утра. Отвезешь, а потом хоть и к инструктору, – согласилась она на игру.
Глава двадцать четвертая. Окончательная договоренность. Что предпримем на Новый год.
Глава двадцать четвертая. Окончательная договоренность. Что предпримем на Новый год.
До Нового года оставалось десять дней.
Они вернулись в свой номер. Нельзя сказать, что отдохнувшими. Михаил устал и хотел просто отлежаться.
Ирину же наоборот накрыло какое-то возбуждение, причем неведомое и непонятное. На фоне прошлого, ей казалось, что она никогда ни под каким видом не сможет стать нормальной женщиной, с нормальными желаниями. Без страха отдаваться мужчине.
Ее мысли понеслись в запретном направлении:
«Секс только если захочу ребенка, если этот ребенок еще получится. После того что я с собой сотворила. Сколько здесь этих несчастных женщин. Что толку, мы с Максимом предохранялись, убей меня, я не пойму, как такое получилось. А они делают все чтобы получилось. Я вполне могу пополнить их ряды. Какие дети с Мишей? Никаких. Выходит, и секса в полной мере не надо допускать. Интересно, зачем ему в его возрасте секс? Какого хрена. Почему нельзя просто жить вдвоем. Мне же несложно заботиться о нём. Он тоже пытается как-то мне помочь».
Ее размышления остановил поцелуй. Михаил, наклонился и поцеловал ее в щеку. Жесткий, сухой поцелуй. Она вдруг осознала, что не может успокоиться. Ей просто необходимо что-то с собой сотворить, чтобы развязался тугой узел желания.
Раньше такого с ней не случалось.
Она оставалась в свитере и джинсах, и он не разделся. Просто в одежде легли на кровать.
Ее тело двигалось рядом с его замершим телом. Оргазм отшвырнул ее от него.
Он попытался расстегнуть молнию на джинсах, она убрала его руку.
- Не волнуйся, я уже догадался, что тебя пугает, я не… – прошептал он.
- Извини, – прошептала она в ответ.
– Неважно, мне без разницы, главное, чтобы тебе было хорошо, даже если ты разденешься, я не прикоснусь к тебе. Переставай кутаться в пижаму и плотное белье, – Михаил не хотел выяснять причину, но ее отказ он истолковал как ему показалось правильно.
– Спасибо, – прошептала она и уткнулась носом в подушку.
Он обнял ее.
«Анатолий таки сволочь»:
Подумал Михаил.
- Что предпримем на Новый год? - спросил ее Михаил. Час спустя. Она повернулась к нему лицом.
- Почему сейчас вопрос? – поинтересовалась она.
- Думаю, все приличные рестораны расхватают, стоит позаботиться заранее, – ответил он с точки зрения мужской мудрости, новогодние праздники обязывали.
- Заботься. Лично я, осталась бы в санатории. Выпила б шампанского. Желания напиваться сидя в толпе, а потом еще возвращаться пешком ночью, нет, я хочу недалеко от кровати, а еще лучше в кровати. Можно? – озвучила она очередную просьбу.
Михаил не посмел, озвучит такую просьбу сам. Боясь показаться жадным, неинтересным стариком домоседом.
- Договорились, – согласился он.
- Купим небольшую елку, шампанское, коробку конфет, мяса и рыбы самого лучшего, маслин и будем кутить, – разрабатывала она план.
Сейчас ее тело расслабилось. Он почувствовал, что-то сдвинулось в их отношениях в сторону интимности и доверительности. Поднялась и ушла в ванную. Михаил предусмотрительно переоделся в теплый спортивный костюм.
«Надо ей рассказать об инструкторе по вождению. Что там о старом коне и борозде. Интересно, кто тот придурок, бросивший такую женщину? А, похоже, именно он ее бросил не она его. Иначе тогда в банке ее глаза вряд ли бы дали согласие».
Может спросить ее об этом?
Она вышла в халате провела рукой по его лысеющей голове и нежно поцеловала в шею.
- Пройдемся, прогуляемся? – предложил он, хотя идти куда-то было выше его сил. Но хотелось выглядеть моложе.
- Не выманишь, буду сидеть в кресле до одури. И читать книжку про любовь, я, что зря ее тащила. Я, правда, устала, просто руки и ноги дрожат. Нагуляемся завтра. Хочешь, вслух почитаю? – неожиданно предложила Ирина
- Хочу, - согласился Михаил.
К удивлению Михаила, она устроилась в кресле, и читала книжку три часа к ряду, иногда меняя позу, когда затекали ноги или руки. Она дочитала небольшую повесть до точки, картинно захлопнула книжку и севшим голосом сказала.