— Меня занимает вопрос, почему же ты сбежала из зала?
— Я не готова дать ответ императору. У меня полно причин, чтобы обдумать такой поступок, — ответила она.
— Не правда, Вердана. У тебя была совсем иная цель визита. Где-то рядом с библиотекой у Ахши был тайник. Я знаю, что ты стремилась туда. Ты знаешь, как он открывается. Мои воины спугнули тебя. Но я убежден — ты искала тайник. Кто тебя послал, если не он, Ахши? Ему нужны были его записки.
Пришла ее очередь удивляться. Бала знал про дневники! Эта новость ей не понравилась. А вдруг, кроме записей, что она случайно обнаружила в комнате связи в доме, существую другие документы? Ахши не мог быть таким не осмотрительным, если только сращивание личностей не сказалось на его способностях мыслить.
Вердана внимательно посмотрела на Балу, канцлер вздрогнул от пристального взгляда, который был угрожающе осмысленным и внимательным. «Это не Вердана», — в который раз подумал он. И тут же сделал вывод, что обращаться к ней, как к Вердане бесполезно, стоит показать этой пришелице, что он хочет сотрудничать.
Канцлер Бала стоят у власти уже два десятилетия. Он считал себя непревзойденным политиком, более одаренным, чем кто-либо при дворе императора. Именно от убеждения в своей одаренности Бала и не терпел тех, кто в чем-либо превосходил его. Уже на десятом году своего правления он утвердился в мысли, что император не достоин своего поста, что наследование династии от отца к сыну и от матери к дочери — устаревший обычай. Бала убедил себя в том, что он достоин этого места, как никто другой в империи. Препятствием на пути к правлению империей был не сам император, а наследницы по женской линии. Императрица его не любила, Бала знал об этой неприязни и старался ублажить эту, несомненно, великую женщину. Но она была непреклонна в своих убеждениях. Бала понял, что пока эта женщина правит в Мантупе — он никогда не станет императором. Идея смены власти сидела в его голове постоянно. Он рассмотрел множество вариантов, прежде чем пришел к единственному верному, но жестокому — убийству. На подготовку дворцового переворота у него ушло четыре года, которые перевернули не только жизнь империи, но и жизнь самого Балы. Пока он искал пути уничтожения женской ветви рода, он узнал множество странных подробностей существования власти в империи и ее наследования. Императрица оказалась проницательной и слишком умной для женщины. Она первой заподозрила, что в столице назревает заговор. Едва она изрекла подозрение вслух, его соглядатаи доложили об этом.
Кто бы не была та, что сидела сейчас в каземате тюрьмы, она являлась одним из оплотов той власти, которую Бала ненавидел. Сейчас она не считает себя слугой императрицы и не желает занять ее место, она не подозревает, что прямо или косвенно назвавшись невестой императора, она объявит свое законное право на трон. Бала знал, что между правящей династией и родом владельцев Дора существовал негласный договор. Вердану намеренно отдали в услужение императрице. Ее искусство воина тут было совершенно ни при чем. Вердана, не подозревая того, являлась заложницей, гарантией того, что представительницы дорского рода не будут претендовать на императорский трон. Императрица жаждала выдать Вердану за Раду лишь из тех побуждений, что та исчезнет из дворца, заняв заурядное место жены императорского вассала, и ее потомки станут лишь ответвлением менее знатного рода. Окутанная тщеславием Вердана не могла угадать, какую роль в истории ей приготовила императрица. Она верно служила той, которая мечтала убрать дорский род с небосклона. Не тут то было. То, что не смогла бы понять сама Вердана, без труда разгадала ее прародительница. Поворот в жизни Балы и его восприятии жизни стало знакомство с Ахой Верданой из Дора.
Случилось знакомство семь лет назад. Аха Вердана была тогда в весьма преклонном возрасте, но ее острому уму могла бы позавидовать любая молодая и очень образованная дама.
Те дни Бала старался не вспоминать. Он узнал о грешке императора, который воспылав порочной страстью к одной дворцовой шлюхе, страстно жаждал удовлетворения своей прихоти тайком от императрицы, конечно. С этой деликатной проблемой он и обратился к своему канцлеру. Бала всегда придерживался скромного, почти аскетического существования, в том числе и утехах телесных. Просьба императора показалась ему мерзкой, но он терпеливо выслушал своего правителя. Как бы не омерзительна была просьба, он согласился помочь императору, боясь попасть в немилость. Он устроил свидание, которое превратилось в затяжной роман, скрыть который не представлялось возможным. Только не от императрицы. Женщины удивительным образом чувствуют измену. Но сам факт увлечения главы империи вскоре перестал казаться проблемой, возникло настоящее бедствие. Фаворитка должна была принести потомство, к ужасу самого Балы и всех, кто был посвящен в эту тайну.