— Почему они не консультировались с тобой раньше.
— Я не всю информацию могу дать. Она конфиденциальна. Ты не одобришь. Потом, у них свои планы.
— Спасибо за понимание. Гел, ответь, как защищают обычных наблюдателей от телепатии?
— В их костюмах есть устройство. Их готовят долго, и они пользуются защитой редко. Видишь ли, она мешает их связи с базой. Издержки технологии.
— Я могу заполучить такое?
— Ночью я оставлю его у твоего окна. Но тогда мы не сможем тебя слышать.
— Почему ночью?
— Иначе меня заметят.
— Ты же можешь быть невидимым.
— Эл, задай себе вопрос: почему на Фаэтоне используют такую простую форму изучения, как наблюдатели?
— Ни один прибор или искусственный интеллект живое существо не заметит, — заключила Эл.
— Неверный ответ.
— Тогда просвети, — стала ерничать Эл.
— Потому, что даже средний житель Фаэтона может распознать, что за ним следят, даже издали. Такова их способность. Межу прочим, ты тоже не терпишь слежки.
— Терплю.
— Временно, — добавил корабль. — На орбите Фаэтона — ни одного средства наблюдения, потому что есть умельцы среди местного населения, которые их чувствовали и чувствуют.
— Ух, ты!
— Ты все забыла в своем прошлом. Вспомни Уэст.
— Не хочу. Какого лешего меня тогда сюда притащили?
— Не сердись. Только не сердись.
— Попрошу, впредь, без намеков. Я не варвар.
— Мы отвлеклись от сути. Слушай дальше. Используют специальные камеры для связи, или прямой контакт лицом к лицу. Странно, что тебе это не объяснили.
— Потому, что я не должна была быть собой. Ладно. До вечера. Я не буду принимать гостей, не буду выходить из дому. Надеюсь, меня не потревожат, если конечно, весть о моем присутствии не бродит уже по городу. Посмотрим, что из этого получиться.
— Я удаляюсь, — сообщил Геликс. — Обитатели дома просыпаются. Твой слуга ищет тебя. Будь осторожна.
— Я переоденусь в простолюдина, и постараюсь порыскать по городу вечером. Можно?
— С таким здоровьем ты едва ли сойдешь за бродягу. Вердана — крупная особь.
— Особь? — повторила Эл. — Особь! Опять? Все уходи. До вечера.
Она отключила связь. Во дворе раздался голос Урсу.
— Госпожа моя! Где вы?
Она вышла из мастерской.
— Не ори. Не порти утро своими криками, — сказала она с порога.
Урсу подошел поближе, осмотрел ее.
— Я приготовил ваше домашнее платье. Принес его вам, а вас нет. Я подумал, что вы совсем ушли. Испугался. Увидел, что окно открыто. Что за детские шалости — лазать по крышам, вы уже не ребенок.
Он, кажется, журил ее!
— Ты еще учить меня будешь. Я — в своем доме. Почему мальчишка спит у ворот? Я просила позаботиться о нем.
— Когда он узнал, чей это дом, так и замер. Вы не назвали свое имя. Он сказал, что с места не сойдет, пока не попросит у вас прощения. Какие дерзости он вам наговорил?
— Он сказал, что я такая же благородная, как Дана Вердана из Дора.
— И вы не наказали его? — удивился Урсу.
— Он прав, — сказала она и постаралась засмеяться.
У нее получился неясный звук. За смешок сойдет. Эл двинулась к воротам. Мальчик все также мирно спал.
В следующий момент Урсу чуть не вскрикнул. Вердана подошла к нищему, и вдруг, аккуратно подняла его вместе со шкурой. Мальчик не проснулся, а изумленный слуга замер от недоумения.
— Найди место, где его уложить, — тихо сказала она.
Урсу стоял, как вкопанный.
— Что стоишь? Быстро. Не то он проснется и начнет верещать от испуга.
Урсу только жестом смог показать, куда ей идти. Мальчишка был уложен на пол в одном из помещений для прислуги.
«Точно сын, — со страхом подумал Урсу. — Незаконно рожденный. Ее казнят, если узнают. Пусть это окажется неправдой!»
Они снова вышли во двор. Туман почти рассеялся, стало теплее.
— Я не слышала, когда вернулся дядя, — сказала Вердана.
— А он и не возвращался. Скорее всего, остался во дворце или зашел в гости.
— Значит, о моем появлении не знают. Иначе, он прибежал бы сюда.
— Госпожа, не гневайтесь на него. Он думал, что вы умерли.
— Ничего. Он хорошо следил за домом. Я отблагодарю его.
— Боюсь, что без повеления императора вы не вернете свое хозяйство.
— Дядя посмеет выставить меня из дому? — она прибавила твердость в голос. — Хотела бы посмотреть.
Урсу почтительно отошел подальше. Случай с нищим не выходил у него из головы, поэтому он от избытка эмоций не уловил все перемены, что произошли с его госпожой.