Ей ничего не оставалось, как резко бросить цепь. Не стоять же здесь, на виду у всех, под ехидными взглядами Эйвиндовых прихвостней.
Фрея отошла от Грейта, все ещё злясь на него и на брата. И развернувшись, собралась было обругать пленника за его ослиное упрямство.
Как вдруг тот резко дернулся. Не назад. Вперед, вырывая цепь из кольца на дереве. И тут же он занес топор.
Его движение было стремительным, как бросок змеи.
Эйвинд вскрикнул, хватая за рукоять меча. Фрея же отпрянула, поднимая руки к лицу, закрываясь от опасности.
Доля секунды…
Тупой топор, крутясь в воздухе, пролетел в дюйме от ее плеча. И он предназначался не для нее.
С глухим, кошмарным стуком он врезался в огромного серого волка, который, пригнувшись, бесшумно выскочил из кустов рядом с Фреей, нацелившись на ее незащищенный бок.
Удар пришелся волку в лоб. Тупое железо не убило его, не раскололо череп. Но оно сбило зверя с ног, оглушило и рассекло кожу до кости. Темная кровь брызнула на белый снег. Волк с визгом откатился в сторону, встал на шаткие лапы, тряся окровавленной головой, и скрылся в чаще, истошно завывая.
На поляне сразу наступила мертвая тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием людей.
Фрея стояла, широко раскрыв глаза, глядя туда, где только что был волк. Потом ее взгляд медленно вернулся к Грейту.
— Ты… — начала она, но голос ее сорвался.
Эйвинд опомнился первым. Его страх сменился новой волной ярости.
— Он знал! — проревел он, указывая пальцем на Грейта. — Проклятый шотландский пес! Он специально вел нас сюда! Он видел следы! Видел волчьи угодья! Он хотел, чтобы нас растерзали!
Он говорил, может быть, и правду. Но сейчас это не имело значения.
Грейт не слушал его. Его внимание было приковано не к кричащему человеку, а к лесу. К тому месту, откуда пришел первый волк. Завывание раненого зверя было не просто криком боли. Это был сигнал. Призыв.
Из-за тех же самых кустов, медленно, беззвучно ступая по снегу, вышел другой. Больше. Намного больше. Это был матерый вожак, седой на морде, с желтыми, умными и абсолютно бесстрастными глазами. Его взгляд скользнул по растерявшимся стражникам, по Эйвинду, застывшему с полудостатым мечом, и остановился на Фрейе. На самой маленькой, самой беззащитной с его точки зрения добыче.
Он обнажил клыки в беззвучном рыке. Мышцы на его плечах напряглись для прыжка.
Фрея обернулась, следуя взгляду Грейта. И увидела его. Хищника, готовящегося к атаке. Вся кровь отхлынула от ее лица.
Грейт не видел страха на ее лице. Он видел цель. И врага. Его руки были пусты. Топор лежал в десяти шагах, там, куда он его бросил.
Он оглянулся. У его ног валялось одно из только что срубленных поленьев. Дубовое, тяжелое, с сучком, как дубина.
Грейт наклонился. Его движения были плавными, несуетливыми. Он поднял полено. Взял его обеими сцепленными руками, как двуручную дубину. Цепи между его запястьями звякнули.
Он сделал шаг вперед, ставя себя между Фреей и приближающимся волком.
В его глазах не было ни страха, ни ярости. Было холодное, ясное понимание. Охота началась.
Глава 6.
Секунда длилась вечность. Желтые глаза волка и зеленые глаза человека замерли в немом поединке. Потом Грейт сделал то, чего не ожидал никто. Он пригнулся, напряг грудь и издал низкий, хриплый рык, вырвавшийся из самой глубины горла. Звук был не человеческий — грубый, угрожающий, полный первобытной злобы. Подражание было настолько точным, что огромный волк на миг замер, отбросив голову назад.
— Фрея! — закричал Эйвинд, наконец придя в себя, и выхватил свой меч. — На коня! Скачи домой, сейчас же!
Он смотрел на сестру, а не на волка. Но Фрея не двигалась. Ее взгляд метался от брата к Грейту, который, держа полено, медленно отступал в сторону, отвоекая внимание хищника на себя. В ее голове пронеслась простая и ясная мысль: если волки сейчас разорвут этого человека, её последняя надежда исчезнет. На что именно — она не успевала обдумать. Но она уже не могла смотреть на горца как на вещь.
Она рванулась не к своему жеребцу, а к стражнику, который стоял ближе всех. Меч висел у него на поясе в ножнах. Она выхватила его, не спрашивая. Сталь звякнула, выйдя на холодный воздух.
— Что ты делаешь, дура! — взревел Эйвинд.
Фрея подбежала к Грейту, встала с ним рядом, держа меч двумя руками, как ее учили, но ее стойка была шаткой, дыхание сбитым.
Грейт боковым зрением увидел ее. Он не обернулся. Снова рыкнул, на этот раз уже явно на нее.