На ней висело свадебное платье – не одежда, а архитектурное сооружение из плотного белого бархата, расшитого серебряными нитями. Вес давил на плечи. Подкладка из атласа неприятно тепла нежную кожу. Шлейф, который ей должны были нести две служанки, лежал на полу скорбной лужей. Промокод - AVTOR10
Портниха от ярла Драго, женщина с булавочным щетиной во рту, присела на корточки, подшивая подол.
— Ярл Драго любит пышность, – проворчала няня Астрид, обходя Фрею кругом, с холодным, деловым взглядом оглядывая работу портнихи. – Это впечатлит его людей. Покажет его богатство.
Фрея не смотрела на платье, она смотрела в узкое окно. Она чувствовала, как тяжелая ткань сковывает каждое движение. Как высокий, тугой воротник трет шею. Если упасть в этом – не подняться. Если побежать – запутаться и сломать ногу.
— Это не платье, это мой саван, – буркнул а она тихо. Но ее услышали.
Астрид резко остановилась. Портниха замерла.
— Что ты сказала, дитя?
— Ничего, няня. Просто мне душно. Я хочу на воздух.
— Потерпи. Скоро всё будет кончено. А там уж и свадьба. Через две недели приедет ярл Драго. К тому времени и платье будет сшито.
В голове Фреи прозвучал хриплый голос отца: «Моё слово – закон». Живот стянуло узлом, будто от удара. Она закрыла глаза, стараясь дышать ровно. Скоро её погребут заживо в этом саване в покоях старого ворона. Навсегда.
***
Ночь была черной и беззвездной. Воздух обжигал легкие.
Фрея шла через задний двор, кутаясь в простой серый плащ поверх мужской туники и штанов. Из барака для слуг струился слабый свет. Стражник у двери, Бьорн, кивнул ей, потирая замерзшие руки. Она сунула ему в ладонь тёплую монету.
«Полчаса, госпожа. Больше нельзя».
Он отпер тяжелый засов. Дверь скрипнула.
Внутри пахло холодным металлом, потом и влажной соломой. Грейт сидел на грубой лежанке, прислонившись к каменной стене. На ногах – толстые кандалы, цепь от которых уходила в железное кольцо, вбитое в пол. При её появлении он не пошевелился. Только его глаза, зеленые и внимательные, встретились с её взглядом.
Фрея бросила на солому сверток. Оттуда выпали два деревянных тренировочных меча с затупленными краями.
— Вставай, – сказала она коротко.
Он медленно поднялся. Цепи звякнули. Он взял меч, проверяя вес, крутанул в пальцах.
Они не говорили о предстоящем пире. Не говорили о Драго. Они вышел на середину двора и быстрым справились к восточной стене, что служила тренировочной площадкой для воинов лорда Ярна. Фрея быстро сунула ещё по одной монете стражникам и те, зевая, отвернулись в другую сторону. А Фрея кивнула своим слугам и вышла в центр утоптанной площадки. Грейт хмыкнул, глядя на то, как стражники, получив по монете закрывают глаза на то, чем их госпожа занимается по ночам, принял стойку. Девушка встала напротив.
Первый удар был за ней. Резкий, сверху вниз. Он парировал почти лениво, одним движением запястья. Дерево стукнулось о дерево с глухим щелчком.
— Слабее, – хрипло сказал он. – Толкаешь, а не бьешь. Рука как плеть.
Она стиснула зубы, атаковала снова. Удар в бок. Он блокировал, и сразу же его клинок уткнулся ей в ребра.
— Мертва, – констатировал он.
Фрея отшатнулась, дыша часто. От злости, от бессилия. Она сбросила плащ на солому.
— Так покажи как надо.
Он показал. Медленно, преувеличенно. Не мощный замах от плеча, а короткий, резкий выброс от локтя. Удар, который идет не от мускулов, а от скорости. Он использовал вес своего тела как пружину, слегка разворачивая бедра.
— Ты не мужчина. Твое оружие – быстрота, а не груда мяса. Покажи еще раз.
Она повторила. Сначала неуклюже. Потом еще раз. И еще. Деревянные клинки стучали в ритм их тяжелому дыханию. Она сосредоточилась на каждом его замечании, выловленном из коротких, рубленых фраз. На каждом жесте. Он объяснял движением руки, наклоном головы, взглядом, куда смотреть.
Она уловила рисунок боя. Не сила против силы, а уворот, скорость, точный укол в незащищенное место.
В какой-то момент она, пропустив удар, потеряла равновесие и упала на колени. Снег взметнулся вокруг. Боль пронзила ее ногу. Она замерла, сжимая рукоять меча, готовая закричать от ярости.
Но к ее удивлению, Грейт не засмеялся. Не сказал ничего обидного. Брат бы не упустил возможности отпустить колкость. А Грейт просто стоял и смотрел. Его лицо в полумраке было спокойным. Потом он опустил свой клинок и протянул ей руку.
Она посмотрела на эту руку. Широкая ладонь, покрытая старыми шрамами и свежими ссадинами. Рука раба. Рука врага. Она взяла ее. Его хватка была твердой и сильной. Он потянул, поднял ее на ноги легко, будто она невесомая, и сразу же отпустил.