Никита Савельевич оторопело уставился на него, и Семен не выдержал этого взгляда, опустив голову, он пробурчал:
— Знаю, что вы скажете. Обязаны сказать!.. А вы по-честному можете? Как тогда — на первой беседе…
— Что же ты хочешь услышать от меня? — спросил Никита Савельевич.
Он действительно в ту минуту не представлял, как и чем ответить Семену. И тот помог ему:
— Про себя скажите… Всю жизнь простым работягой на стройке вкалывать — это…
— Работягой не был! — прервал его мастер. — Был рабочим! И не вкалывал, а работал!
— Ладно! — Семен нервно дернул щекой. — Рабочий… работал… И вы довольны такой жизнью?.. Если соврете…
Он проглотил остальные слова, но на его лице появилась такая презрительная гримаса, что Никита Савельевич почувствовал: либо он сумеет сегодня завладеть душой парня, либо превратится для него в ничто.
— Доволен — не то слово, — сказал он. — Счастлив — пожалуй, ближе… И это честно! Честней не умею!.. Если не поверишь, разрешаю не замечать меня. Смотри как на пустое место!
Семен спрыгнул с дота, долго и пристально вглядывался в глаза Никиты Савельевича. Так долго, что мастер, чувствуя в парне какой-то перелом, спросил:
— Ну как? Пусто? Или разглядел-таки правду?
Но Семен еще ершился, хотя прежняя озлобленность понемногу утихала в нем.
— А знаете, что про того солдата говорят, который в маршалы не метит?.. Плохой, говорят, солдат!
— Возможно, он и плохой, — улыбнулся Никита Савельевич. — Но было бы еще хуже, если бы все солдаты маршалами стали!.. Представляешь маршалов без армии или министров без рабочих?
Оба задумались. Мастер понимал, что в таком серьезном разговоре нельзя ограничиться шутливым преувеличением, и старался найти более убедительные доводы. А Семен видел за этой шуткой бесспорную истину, но она его не устраивала.
— Не знаю! — с сомнением качнул он головой. — Есть еще один похожий чудак в нашей группе… Тоже простым работя… Ну, этим — строительным рабочим хочет быть.
— Один?
— Один!
— Проверим? — предложил мастер, взглянув на ребят, которые уже начали выходить из дота. — Анкету проведем. Не возражаешь?
— Соврут!
— Ты же не врешь?
— Все врут! — Семен отвернулся, пряча глаза, и уточнил: — Что-нибудь да прячут… Темнят!
— И ты?
— Я все сказал! — грубо ответил Семен. — Хотели их проверить — вот и проверяйте!
Никита Савельевич подозвал ребят и, когда они столпились около амбразуры, спросил:
— Хотите быть судьями?.. Спор тут у нас с Семеном вышел. Без вас не решить, кто прав.
Мальчишки знали характер Семена и не ошиблись, предполагая, что он опять «загнул» вопросик, на который не так-то просто ответить.
— Только честно! — предупредил Никита Савельевич. — Что думаете, то и выкладывайте без всякой утайки и лишней скромности.
Он выждал какое-то время, чтобы подчеркнуть важность предстоящего разговора, а потом объяснил:
— Семен уверен, что почти все из вас мечтают стать не простыми рабочими, а руководителями: прорабами, начальниками строек, трестов, даже министрами. Кому это не удастся, тот всю жизнь будет недоволен собой и своей работой. — Мастер взглянул на Семена. — Я правильно пересказал твои мысли?
— Почти! — подтвердил тот.
— Проголосуем? — улыбнулся Никита Савельевич. — Кто мечтает о другом — о том, чтобы руководить только своей головой и двумя своими руками, пусть поднимет эти самые руки!
Старый мастер не рассчитывал на полное единогласие, но надеялся, что добрая половина мальчишек обязательно поддержит его. А получилось совсем не так. Первым без раздумья поднял руку Петька Строгов, за ним — еще два паренька. Неуверенно шевельнул рукой и Борис Барсуков, но тут же поставил условие:
— Если работа по нутру.
Напрасно Никита Савельевич выжидательно посматривал то направо, то налево — других рук не было. Мальчишки старались не встречаться с ним взглядом, но даже из сочувствия к нему, голосовать «за» не хотели.
— Спасибо за честность, — невесело сказал мастер. — Рассудили — Семен оказался прав… Но не думайте, что я сейчас же примусь переубеждать вас. Ничего у меня сегодня не получится!.. Дайте время… А пока я вынужден огорчить вас: далеко не все станут руководителями. Но зато могу и обрадовать: среди тех, кто будет простым рабочим, довольных своей жизнью и по-настоящему счастливых окажется больше! Поверьте мне на слово, а потом и сами убедитесь.
Победа над мастером настроила Семена миролюбиво, и он заговорил, стараясь ни одним словом не обидеть его: