— Это правда, — Рада закуталась в одеяло, пару раз зевнула и вскоре уснула, прижавшись лбом к кожаной обивке дивана, а Лесик, убедившись, что хозяйка крепко спит, по изнанке добрался до родной чащи и известил лешего, чтобы не беспокоился.
— Я убедил хозяйку не заморачиваться снами, так что не торопись искать проводника.
— Это хорошо, — обрадовался Палкин.
— Но, зная натуру ведьмы, уверен — Рада об этом умении не забудет и спустя время всё-таки захочет научиться ходить по чужим снам.
— Я понял, — вздохнул леший, — по крайней мере, у меня есть время выбрать надёжную нечисть, которой можно доверить нашу Верховную. Это всё, Лесик?
— Нет, помогите мне с Сэмом разыскать через изнанку архимага Стратуса, — попросил домовой. — Хозяйке действительно нужно передать ему послание, я вызвался его отнести, а дорогу одному искать долго.
— Мы найдём правителя Каруны, обещаю, — прорычал медведь, — и сразу же тебя известим. А пока Рада пусть готовит своё письмо.
— Спасибо, — заулыбался Лесик. — Всё, я побежал обратно. Счастливо оставаться.
22
Девушка проснулась на рассвете, в полудрёме вспоминая вчерашний день.
«Опять меня остановили Высшие силы, — сонно подумала Рада, — чтобы я не пыталась учиться ходить по снам. Наверное, мне рано ещё осваивать подобное умение, да и нужно ли это вообще — тоже вопрос. — Ведьма зевнула и открыла глаза. — А вот уберечь своих товарищей от черноты, среди которой нам сегодня придётся побывать, исследуя Холан, я, пожалуй, смогу».
Рада раскрыла свою заветную книгу, поздоровавшись с Умницей, и внимательно прочитала страницу, где описывалась защита людей от колдовства.
— Фил, — позвала тихо девушка, и когда домовой явился, попросила его помочь смастерить браслеты, которые ведьма собиралась повязать на руку каждого воина. — Только где взять для этого нитки?
— А давай у Лоры попросим? — зевнул Лесик, выглянув из-под одеяла на диване. — У неё наверняка есть. Я готов сходить хоть сейчас.
— Рано ещё, жаль будить белую.
— Ничего, это ведь для дела, — отмахнулся лапой кошак. — Сразу передам ей последние новости, а то вчера мы у ведьмы так и не побывали.
— Да, я весь минувший день чувствовала себя слабой, куда уж было идти, — повинилась Рада. — Хорошо, буди Лору, разузнай, как там Мышка и расскажи им вкратце, что у нас происходит. Добавь, если получится, я зайду к ним вечером.
— Понял, бегу, — мяукнул Лесик и исчез.
— Фил, ты плёл когда-нибудь браслеты от колдовства? — тем временем начала расспрашивать старичка Рада.
— Конечно, я ведь видел, как это делают мои бывшие хозяйки, вот и себе смастерил на всякий случай, — домовой подтянул рукав рубахи и продемонстрировал девушке зелёный витой браслет.
— Кожаный, — с уважением вздохнула девушка, — красивый.
— Нет, это нитки, но я их потом заговорил заклинанием, — Фил даже порозовел от удовольствия за похвалу.
— Покажешь, как?
— Конечно, только это нужно делать, когда браслет уже повязан на руку человека. Тогда нитки твердеют, не стираются и не портятся, нужно лишь изредка обновлять их ведьмовской силой.
— Отлично, тогда первым защитим дядьку, потом Рогана, а уж за ними и всех бёрнцев.
— Себя тоже не забудь, — заметил домовой. — Ты, конечно, Верховная и никакое обычное колдовство тебе не страшно, но, если мужики увидят на твоей руке такой же браслет, им будет спокойнее носить свои.
— Хороший совет, спасибо.
К завтраку, когда все бёрнцы уселись за стол, Рада вышла уже с котомкой, где лежали браслеты. Михею и Рогану девушка одела обереги, как только сплела два первых шнурка, пригласив мужчин в свою комнату, а потом внимательно наблюдала, как домовой Фил наговаривает защиту от черноты и порчи. «Немного отличается от того, как записано в Умнице, — подумала Рада. — Нужно поговорить с книгой, как пополнять её страницы новыми знаниями, я не хочу, чтобы пропала даже крупица неизвестного ранее колдовства, и не важно, белое оно или чёрное».
— Лора обрадовалась весточке от тебя, хозяйка, — рассказал Лесик, когда вернулся от белой. — Нитки достала сразу, сказала, они уже заговорённые, ведьма из них часто мастерит защитные обереги. Мышка быстро выздоравливает, но пока больше молчит, своей наставнице сказала — думает, как жить дальше. А ещё называет себя дурой, ты ей хорошо мозги прочистила, Рада.