Забравшись на крыльцо, сэр Джокос приосанился, руками попытался расправить свою мокрую одежду, поправил эмблему королевского дома, пригладил волосы, стёр с лица разводы грязи, и наконец-то постучал в дверь.
Она тут же распахнулась и на пороге показалась девушка. Крепкое, стройное тело её было одето в простое серое крестьянское платье, подпоясанное коричневым кожаным ремнём. Каштановые волосы были заплетены в тугую косу. Карие глаза светились задором и добротой, но в то же время глубокая печаль залегала в глубине этих глаз. Круглое лицо с небольшими скулами, пухлые губы, вдёрнутый носик. Девушку можно было назвать хорошенькой, если бы не кожа на её лице. Она была вся усыпана нарывающими красными буграми, кое-где заживающими, кое-где находящимися в стадии созревания.
Первоначальный, заинтересованный взгляд сэра Джокоса, исследовавший крепкие ножки, талию и высокую девичью грудь, сменился отвращением, затем высокомерием. На лице девушки не промелькнуло никаких ответных эмоций, должно быть она уже привыкла к такому положению дел и подобным взглядам.
Звонкий её голос, ласково и торопливо произнёс — Здравствуйте, благородные господа, проходите скорей в тепло, сейчас вам будут предоставлены горячие ванны и сухая одежда, еда и согревающие напитки. Ох и намучились же вы, вот так погодка, видно Тонантем разгулялся! Это Бог грозы, Благородная госпожа- поспешила уточнить девушка, встретив мой заинтересованный взгляд.
Мы, тяжело шагая, буквально втащились в зал. Несколько посетителей с любопытством уставились на нас и поспешно повставали со своих скамеек, разглядев на мокрой одежде сэра Джокоса знак королевского советника. Благородный лорд устало махнул рукой, призывая всех сесть и заняться своими делами.
Внутреннее помещение таверны было заставлено добротными деревянными столами и скамейками, из довольно хорошего, крепкого дерева. Слева, у стены, виднелась деревянная лестница на второй этаж, под ней располагался шкаф с посудой и две двери. Как я выяснила позже одна вела в уборную во дворе, а вторая выходила в кухню.
Справа, у края противоположной стены, располагалась деревянная стойка, за которой стоял хозяин таверны и из больших бочек разливал свежесваренное пиво, домашнее вино и квас.
Увидев нас, он поспешно вытер руки о передник и семенящей походкой направился в нашу сторону. Это был мужчина лет пятидесяти, с седыми коротко остриженными волосами, небольшого роста, коренастый, с пухлыми руками и выпирающим круглым животом. О его любви к пиву можно было судить не только по животу, но, и по слегка обвисшей коже лица, собравшейся в большую складку под подбородком, по желтоватым белкам глаз, свидетельствующим о страдающей печени. Во взгляде его была тревога, губы кривились в заискивающей улыбке.
- Какая честь, благородные господа, какая честь! - затараторил он, чуть повизгивающим от внезапного нервного напряжения голосом. - Прошу вас проходите! -Дэдика!- обратился он к девушке, что встретила нас.
- Отведи знатных господ наверх и рассели их в тёплые комнаты, постарайся, чтобы гости почувствовали все наше гостеприимство. Для благородной дамы, приготовь нашу лучшую комнату! - Закончил он, и склонился в лёгком поклоне.
Сэр Джокос нахмурил брови, высоко поднял подбородок и ничего не сказал в ответ, стараясь всем видом показать, что поклон старика недостаточно низок. Хозяин таверны выпрямился, заискивающая улыбка будто приклеилась к его лицу. Образовалась неловкая пауза. Сейен достал намокший бархатный кошелёк, вынул из него две золотых монеты и лёгким щелчком подкинул их. Ловкие руки трактирщика привычным жестом поймали награду. Тут же последовал более низкий поклон, сэр Джокос почувствовал себя удовлетворённым, милостиво улыбнулся и устало зашагал наверх, оставляя следы мокрых сапог. Дэдика поднялась вместе с нами, успев уже где-то подхватить стопку наглаженных полотенец и простыней.
- Господа, прошу вас сюда. Вам придётся делить одну комнату на двоих, а миледи прошу сюда, в следующую комнату. - Сказала девушка, и жестом свободной руки указала нам на двери. Комнаты на втором этаже располагались вокруг каминной трубы, что позволяло отапливать их все, одновременно, экономя дрова. Внутри моего временного пристанища было чисто и просто, небольшая деревянная кровать с шерстяным матрасом, широкий стол, шкаф с полками, но без дверей, и узкое круглое окно с мутным стеклом.
-Могу я принять ванну? - спросила я, улыбнувшись.