Гладиаторы не могли похвастаться столь мощной поддержкой публики, как и экипировкой, которая была общей для всех выходящих на арену рабов и не являлась столь прочной и свежей. Стандартные железные мечи, деревянные круглые щиты, пара копий с затуплёнными наконечниками, которые должны быть заострёнными, вялые аплодисменты «из уважения» от равнодушных зрителей - максимум, который получили рабы.
Протрубивший несколько раз рог ознаменовал начало долгожданной битвы. Аспур, решив следовать заранее оговорённой тактике, принялся искать взглядом более сильного наёмника и, тут же обнаружив его, кинул в него поднятой с земли горстью щебёнки. Результат не заставил себя долго ждать, и наёмник направился к нему. К несчастью для Аспура, его противником оказался, тот, у кого были два топора, а это лишало схватку всякой позиционности и относительной размеренности. Наёмник яростно набросился, размахивая поочерёдно секирами, и всё, что оставалось отвлекающему его гладиатору – это уклоняться от форсированных ударов, отступать и ждать помощи от напарника. Адреналин быстро наполнил кровь Аспура. Его сердце забилось чаще и ощущалось сильнее возбужденных криков толпы. Перед глазами всё расплылось, кроме неутомимого нападающего, отчаянно пытающегося попасть по гладиатору. Время тянулось для Аспура невыносимо долго. Он даже на мгновение подумал, что Брум потерпел неудачу и сейчас его постигнет та же участь, но потом, взяв себя в руки, продолжил защищаться. Не желая сдаваться, Аспур даже время от времени сам бросался вперед. Он отбивал атаки и ударял щитом, умеряя пыл своего противника, заходившего то с левого, то с правого флангов. Одна из таких атак едва не увенчалась успехом, когда обух правого топора со звоном прошелся по шлему Аспура. Тем не менее, он выдержал и даже, разозленный и взбодренный, ринулся на соперника. Под надрывистые сопения и вой зрителей финалисты испытывали друг друга на прочность, сыпля безуспешными смертельными ударами. Однако спустя пару десятков минут один из ударов наемника все-таки оказался сильнее предыдущих. Достигнув цели, топор попал в ветхий щит и расколол его пополам, отчего оборонявшийся немного присел и попятился назад. Воспользовавшись слабостью неприятеля, наёмник взмахнул одновременно двумя топорами, чтобы добить оппонента. Аспур в последний момент парировал сильный удар, заблокировав его мечом, который отделил от внезапной погибели. Обладатель секир продолжал дожимать, приближаясь своими острыми лезвиями к лицу. Развязка не в пользу Аспура медленно наступала, как вдруг хватка могучего наёмника резко ослабла, а злобный образ сменился растерянным. Причиной этому послужил вонзённый сзади в спину и прошедший насквозь через туловище меч Брума. Несмотря на смертельную рану, сила всё еще оставалась в поражённом, и он повернулся ответить, но опять получил удар мечом в шею на этот раз от Аспура, и на этот раз окончательный. Под всеобщие стоны шокированной таким исходом боя толпы наёмник упал замертво, тяжело прохрипев напоследок. Его союзник уже лежал бездыханно с вонзённым в грудь копьём.
Подобного поворота событий, пожалуй, никто не ожидал. По сценарию гладиаторы должны были погибнуть, получив в свой адрес посмертную лицемерную эпитафию о проявленной храбрости и целеустремленности, о которой бы уже забыли спустя полчаса. По сценарию наёмники должны были одержать победу, принять поздравления от многочисленных болельщиков и золото от царя. Однако порой случай демонстрирует своё превосходство над смертными, меняя их задумки и внося свои коррективы в их сценарии, как получилось сейчас. Гордыня даннского царя не смогла принять таких корректив, и он движением пальцев руки что-то приказал стражникам, вследствие чего те оттянули тетиву луков с вложенными в них стрелами и нацелились на изнуренных победителей.
- Постой! - резко вскочив, вскрикнул Танар и схватил Конрада за поднятую десницу. - Это не по справедливости. Они честно выиграли.
- Я здесь главный и я здесь справедливость, - возразил сквозь зубы Конрад, и лукаво глянул исподлобья.
Ситуация накалилась до предела и, позабыв об объекте раздора. Все находившиеся в ложенаблюдали за развитием наметившегося разлада между монархами. Франские рыцари Заклид, Блант, Гелмор во главе с Бакдусом и даннские искры положили руки на рукояти своих клинков, приняв боевую стойку. Будущую вражду двух государств разделяло лишь мгновение, висевшее в воздухе. Сейчас только один человек мог отвратить ужасные последствия.