- Прекрасно исполнено, - похвалил незнакомку Танар.
Старица почтительно поклонилась.
- Как называется Ваша песня, бабушка?
- «Зима посреди лета».
- Сколько переслушал песен, но эта встречается мне впервые. – Танар почесал затылок. – Странно, не знаю такую.
- Не удивительно, - широкая милая улыбка промелькнула на лице собеседницы, - она ведь моего собственного сочинения.
- У Вас талант к музыке.
- Музыка. – Старуха ковырнула по струне пальцем. – Музыка – это тишина между нот, песня – тишина между строк. Не может быть таланта к покою, мой дорогой.
- Честно говоря, Вы меня сейчас озадачили, - не скрывая удивления, изумился Танар.
- Я всего лишь демонстрирую красоту тишины, выделяя ее милыми сердцу звуками струн. Кстати, ты внимательно слушал?
- Вы имеете в виду, насладился ли я паузами внутри песни? – Едва сдерживая улыбку, переглянулся он со спутниками.
- Попробуй в следующий раз, - порекомендовала старуха, - когда у тебя получиться, ты удивишься, как много благодати скрывается от наших глаз и ушей, как много ее проходит в обход нашего сердца.
Король, на удивление, всерьез задумался над произнесенными словами. Казалось бы, он ответственен за тысячи душ и знает, как правильно поступать, а как неправильно. Он сам даст, кому хочешь, толковый совет, но в данной ситуации что-то поколебало внутри Танара, и он, завороженный коротким диалогом со случайно встречной нищей старухой, принял совет покорным киванием. Что это? Скрытый гипноз в голосе или подсознательное преклонение перед мудрой старостью? Лидер франов так и не отыскал ответа.
- Ей, Коэн, - окликнул король одного из своих спутников. – Пожертвуй бабушке золотых монет.
Тот поспешил исполнить щедрый приказ, доставая из кармана звенящий мешочек и кладя горсть монет в железную кружку.
- Храни Вас Творец.
В благодарность старуха поклонилась, что было силы, а довольный собой Танар отправился дальше. Уже скоро ему пришлось на время забыть о спонтанной философии, ведь впереди его ожидали дела государственной важности. Необходимо было встретиться с Офхоттом – действующим Верховным Правителем Восходных Земель и Хранителем «Вечного Мира».
К слову о высшей должности. Восседавший в Цитадели правитель имел реальное влияние в вопросах предотвращения войн, сохранения мира, обеспечения проведения турниров, а также должным контролем над пограничной стеной. Он распространял свою власть на околоцитадельные земли и по прописанному Вечному Миру имел определенные рычаги давления на королевства: санкции и льготы в экономике, инициация международных инициатив, Верховное правосудие, контроль над цитадельной стражей. Также в его компетенцию входило опосредованное, рекомендательное влияние на армии иных государств в вопросах их численности и местоположения. В остальном власть Верховного Правителя сводилась, преимущественно, к делам Цитадели и территории рядом с ней. Это тысячу лет назад присутствовала более четкая централизованная вертикаль, а сейчас каждый народ жил в конфедерации под названием «Восходоземье» самостоятельно и независимо, имел собственное государственное устройство, вооруженные силы, верования, культуру, обычаи. Поэтому фран шел к башне, скорее, не как подчиненный сатрап на поклон, а как полноценный партнер на деловую встречу.
Делегация успешно добралась до шпиля. У его входа стоял флагшток с развивающемся на нём черным стягом с изображением белого круга. Луна - символ народа молов, символ их королевства Сильмун. Как только франы вошли внутрь башни, посол беспрепятственно провел короля на самый её верх туда, где Офхотт принимал гостей и созывал Совет послов. Примерно, полчаса пришлось усердно шагать закрученными по спирали ступенями. Спутники Танара не выдерживали марафон и несколько раз останавливались на отдых.
- Как вы здесь работаете? – тяжело дыша, спросил один из советников у посла.
- Мы уже привыкли, - чуть не засмеялся посол и стряхнул платком со лба пот.
- Каторга какая-то. Можно было расположиться этажом ниже.
- Десятью этажами. – Поправил рыцарь.
Минуя длинную лестницу, франы оказались в узком коридоре, что изгибался то вправо, то влево. По прошествии его впереди показалась трехметровая прочная дверь.
- Пришли, - отчитался посол королю, - там кабинет Офхотта.
Стоило им подойти ближе, как дверь распахнулась, и оттуда выскочил молодой парень. Его убранство позволяло утверждать о принадлежности его к высшим слоям общества, а проступавшая на бледном овальном лице нахмуренность говорила о недовольстве юноши