- Напарник, очнись! – чуть слышно призвал Аспур. – Брум! Брум!
Попытки разбудить товарища таким образом оказались безуспешны. Тогда гладиатор закатил рукава и достал из ближайшей сумки флягу. Для начала он окатил больного водой, но и это не дало результата. Тогда Аспур начал хлестать Брума по щекам.
- Ну же, очнись! Давай!
Спустя пару минут усилием нескольких пощечин и ощутимой тряски за плечи Вога удалось привести в чувства, заставив покинуть мир галлюцинаций.
- Что произошло? – испуганно спросил ослабленный Вог.
- Какое-то одурманивание, - Аспур выдал первое, что пришло ему на ум.
- Маги постарались?
- Не думаю. – Ответил спаситель после того, как оценил взглядом незавидное положение колдунов. – Вон гляди, они сами чахнут.
- Надо растормошить наших, - предложил Брум.
- Отлично. Займись этим, а я пока разбужу другие отряды.
Брум преодолел недомогание в виде глухой глазной боли и отправился к Викхелю. В этот самый момент гурк тихо всхлипывал в десяти-пятнадцати шагах от него. Аспур же, понимая важность способностей магов, в первую очередь ринулся к ним. Он не обладал в полной мере информацией о способностях представителей данного отряда, однако наверняка знал, что сейчас они могли бы очень даже пригодиться. Они ведь нередко сталкивались с миром духов и галлюцинациями. Оставшиеся от их отряда несколько человек сидели и бормотали бессвязные слова. Один особенно громко восклицал. Понять было сложно, заклинания он произносил или бредил, но гладиатор все же склонялся ко второму варианту. Аспур осторожно повторил процедуру возврата в реальный мир над сидящим смиренно магом в фиолетовом плаще, коим оказался Брондаз.
- Эй, проснись! – тихо потребовал гладиатор, покачивая колдуна.
К счастью, тот оказался легче на подъем, чем тот же Брум, и быстро пришел в себя то ли из-за хорошей подготовки, то ли по причине банального везения. Очнувшись, он кинулся сразу к своему кричащему брату дабы привести того в чувства.
- Благодарю тебя данн, - уважительно произнес Брондаз своим низким басистым голосом, на что получил одобрительный кивок.
- Нужна ваша помощь, - резко перевел диалог в иную плоскость Аспур, - это какое-то воздействие на психику, с которым вы наверняка знакомы.
- Если догадки меня не подводят, то мы забрели в Лес Забвения.
- Лес чего? – Искреннее непонимание изобразило нахмуренное лицо Аспура, в котором без труда читались его первые впечатления от «легчайшего вояжа». – Как нам остановить это?
- Здесь такая мощная древняя магия, что нам не под силу ее победить. – Огорчил Брондаз.
- И что делать будем?
- Как можно скорее покинем это место. Ни в коем случае нельзя сворачивать с аллеи. Главное сейчас – это продержаться до рассвета.
- Идет. Помогай своим, а я пойду дальше. Как только закончишь, присоединяйся ко мне.
Довольно быстро все оставшиеся из восьми отрядов поочередно пришли в себя. Хоть пытка разума и давала о себе знать, но происходящее они воспринимали адекватно. Им потребовалось еще какое-то время, чтобы хоть на первое время оправиться от нового сюрприза Закатных Земель и встать на ноги. Приняв проверенный план бегства от неприятностей, путники без лишних слов собрались с остатками сил и отправились дальше. До рассвета оставалось еще два часа, и, чтобы старые деревья не забрали еще кого-нибудь, путники крепко скрепили друг друга веревкой. Если кто-то решал свернуть с дороги, отряд тут же его подхватывал. Более того, они условились беспрестанно отвлекать внимание друг друга разговорами и отрезвляющими, хлесткими ударами по физиономии, если требовалось в крайних случаях.
Приблизительно два с половиной часа для всех превратились в вечность, а для некоторых эта ночь стала самой ужасной в их жизни. Ощущая на себе невероятное давление, они преодолевали путь по старому лесу. Они испытывали все, что только мог любезно предоставить им собственный разум: страх, тревогу, радость, удивление. Одно за другим видения вспыхивали и угасали с калейдоскопической скоростью. Ласковые зазывания родных и близких сменялись вражескими окриками, ангельское пение сменялось демоническим хохотом, образы живых сменялись образами умерших. Все происходящее походило на пытку, когда жертву сначала держат в ледяной воде, а затем резко начинают коптить на огне. Только вместо физических страданий были психические. Сознание подвергалось жестоким бомбардировкам, которые, к сожалению, выдерживали не все. Некоторые сходили с ума, замертво падая в конвульсиях, и приходилось отвязывать их и оставлять на дороге. Лес взывал ко всем возможным чувствам гостей, лишь бы только они отвлеклись и остановились. И только начало рассвета позволило выжившим почувствовать себя по-настоящему счастливыми, а первые лучи солнца встретить с такой радостью, как никогда ранее. Прошагав последние метры леса, странники выбрались на цветущую поляну.