- Любую не запрещенную нормами морали и закона деятельность, которая нравится и которая приносит прибыль, можно считать профессией.
- И какая, кстати, у Вас, Ошариан?
- В некотором роде, я тоже художник. Ведаю публике правду.
Увлекательный разговор двух только что познакомившихся людей пришлось прервать, как только у входа в Башню появилась карета, запряженная тройкой лошадей. О себе она дала знать громко скрипящими колесами. Из нее неторопливо вылезли двое представительных мужчин среднего возраста. На одном красовался металлический рыцарский доспех с длинным белым плащом за спиной. Другой же держал в руке трость и был одет в опрятный, строгий костюм темных тонов.
Следопыту пришлось извиниться перед собеседницей за намерение покинуть ее раньше времени, а после ее одобрительного кивка – попрощаться.
- Всего доброго, господин Ошариан, - произнесла она вслед, - храни Вас Творец.
Следопыт собрался с мыслями и решительным шагом направился к прибывшим. «Один военный, а другой дворянин. Должно быть, кто-то из них может быть Экланом» - подумал вслух Ошариан и отправился проверить свои предположения. Он понял, что внутреннее чутье не подвело его, когда уловил на себе любопытные взгляды приехавших.
- Вот этот, господин Хоррен, - указал на Ошариана один из стражников, обращаясь к мужчине в доспехах. – Сказал, что у него неотложное дело к Его Величеству.
- Вот как? К Его Величеству каждый день многие устремляются с неотложными делами. У Вас должно быть самое неотложное, чтоб я Вас хотя бы выслушал. – Хоррен оценивающе осмотрел с ног до головы незнакомца, отыскивая хоть малейшее основание ему довериться. Нужда в подобной процедуре отпала, как только Ошариан поспешил все объяснить.
- Недавнее убийство в Летнем дворце можно считать за таковое? – В подтверждение своим словам следопыт достал письмо с общим изложением произошедшего случая на балу.
- Пожалуй, я пойду, - заговорил вдруг мужчина с тростью. Облаченной в черную перчатку рукой он почесал выразительный шрам у левого глаза, а затем, переглянувшись с Хорреном, вежливо ему поклонился. – Дело и впрямь очень важное. Не буду вам мешать, господа. А ты, Энзал, внимательно подумай над тем, что я тебе сказал.
- Непременно, Себастьян, - Энзал ответил спутнику, который учтиво попрощался с Ошарианом и вскоре скрылся на карете.
- Итак, продолжим, - предложил Хоррен. Его прежняя подозрительность заметно снизилась. – К сожалению, король Офхотт сейчас занят, но я вкратце введу Вас в курс дела. Пройдемте подальше от посторонних ушей.
Следопыт не стал спорить и приготовился внимательно выслушать Хоррена.
- Дело в том, господин…
- Коб!
- Да, точно. Прошу меня простить. Годы истощают разум не хуже отменного вина. Приходится переспрашивать.
- Да, я понимаю.
- Чудесно! – Хоррен деловито скрепил ладони у живота. – Так вот, господин Коб. Недавно произошел инцидент, свидетелем которого стали многие достопочтенные персоны. Прямо на балу у них на глазах заколол себя граф Энзал Уолан. И поэтому король приказал послать за следопытом, который бы разобрался в том, стал граф жертвой чьих-либо интриг или причиной гибели послужили его собственные соображения.
- Я что-то подобное слышал из разговоров прохожих, пока добирался до вас. Забавно, но одни твердили, будто произошла некая дуэль, в которой пал граф. Другие уверяли, что его отравили.
- Новости быстро расходятся по огромному городу. Но им не по силам опередить слухи и разного рода домыслы. – Заверил собеседник Ошариана.
- Труп, одежда ныне покойного, место смерти, подозреваемые. С чего изволите начать?
- Труп похоронили, а одежду, в которой он был в тот вечер, сожгли согласно молльской традиции. Из подозреваемых особо выделяется один маг, который спешно покинул Цитадель и отправился домой в Аонас на следующий день после смерти Уолана. Остается лишь место смерти – Летний дворец.
- Да уж…Разбег, конечно, невелик. – Разочарованный следопыт озадаченно почесал затылок. – Ну, что ж, тогда с дворца и начну.
- Сейчас туда всех подряд не пускают. Понадобится разрешительная грамота, чтобы попасть внутрь. Я отправлю Вас к королевскому писарю, который выдаст разрешение.
Хоррен достал из кармана уже начерканную на клочке бумаги записку, скрепленную печатью, и вручил ее следопыту, а затем приказал одному из гвардейцев сопроводить Ошариана к месту назначения.